Дорога в совершенство

— Обо мне не печальтесь, кушайте на здоровье. Домой я надумал съездить, там и ноем досыта. Да-а,— с уважением глядя на Егора, старик одобрительно покачал головой,— верно ты сказал, што поднимать надо народ супротив казнителей этих, злодеев, навалиться на них всем миром — и крышка им, проклятым! А народ и так-то озлоблен на них до невозможности, а теперь, как услышат про это злодейство, все поднимутся от мала до велика! Будь бы помоложе, и я не отстал бы.
 

— Молодец, дядя Савелий, спасибо!
 

— Вот и надумал я помочь вам, чтобы до своих-то добраться скорее. Сделаем так: сейчас мы едем на пашню, овес я рассею. Ванюшка боронить будет, а сам я домой смотаюсь. Да ишо кто-нибудь из вас бы со мной, вдвоем-то оно бы способнее. Там и харчей соберем вам на дорогу и насчет коней сообразим! Кто пожелает со мной?
 

Номоконов переглянулся с Егором:
 

— Ежели ехать, так мне придется, как ты думаешь?
 

— Езжай. А мы с Федоровым опять в тот же березняк подадимся, где вчера обретались. Здесь оставаться опасно. Как вернетесь, к нам туда приходи, Иван, расскажешь, что и как.
 

— Ладно.
 

Хозяин с этим согласился, и вскоре стан опустел. Савелий с сыном и Номоконовым отправились на пашню, Егор с Федоровым поковыляли в лес. Устроились они на том же месте, где вчера провели почти полдня. Отсюда им хорошо видно широкую елань, работающих на ней хлеборобов; в одном месте пашут на тройке лошадей, в другом— в плуг запряжено три пары быков, в третьем — на четырех лошадях боронят свежую пахоту. Ближе всех находилась к ним пашня Савелия; было видно, как он с мешком через плечо шагает по пашне, проворно раскидывает овес. Мальчуган запрягает двух коней в бороны, ему помогает Номоконов.
 

Взошло солнце, и под лучами его мириадами радужных блестков заискрились отягченные росой цветы и травы. Где-то далеко закуковала кукушка, и совсем близко выщелкивал сибирский соловей. Слушая незамысловатые рулады здешнего певца, Егор старался не думать о событиях в пади Тарской, пытался восстановить в памяти последнюю встречу с Настей... В этот момент Федоров тихонько дернул его за рукав, потянул к себе винтовку. Егор глянул в ту сторону и в промежутке между берез увидел козу. Она, пощипывая травку, выходила на полянку, а Федоров уже прилаживал на обгорелый пенек винтовку.
 

— Стой! — крикнул Егор, локтем вышиб из рук товарища оружие. Как метнулась вспугнутая им коза с полянки, Егор не видел, столкнувшись глазами с изумленным взглядом Федорова.
 

— Ты чего это? — не понимая, что произошло, спросил Федоров.-— Почему стрелить не дал?
 

— А ты слепой? Не видел, что это матка, детеныш у ней — инджиган *. Убил бы матку и его погубил бы.
 

— Вон оно што! Подумаешь, великое дело — матка, инджиган! Людей убивают тысячами.
 

— Людей палачи убивают, каратели, а ты кто?
 

Вам это будет интересно!

Последние новости