Дорога в совершенство

Люди существуют разные. Иногда человек большой, в другой раз маленький, но по обыкновению своему люди средние, коих большинство. Средний человек делает всё не хуже и не лучше других. Он делает, так как все. И целью его жизни устанавливается поиск талантов, скрытых глубоко внутри, причём настолько низко, что об этом пишут только на заборах…

Джанет была талантлива, красива и печальна. В её глазах отражалась грусть наверняка целого стада коров, а то и двух. Мужчины оборачивались вслед и замирали с пустою головой. Та магия была подвластна ей одной, а имя необычное, топило их надежду на возвращение в сей мир. Манила, будучи всего лишь на слуху и даже в книге телефонной завлекала. Такая необычная Джанет. Людей всех тихо ненавидела, но зацепившись, до изнеможения ласкала. Пальцами такими длинными, прозрачными, казалось можно лишь работать с фортепиано, однако Джен быстрее ветра этот слух уничтожала рьяно.

Меня зовут Наташа Иванова, согласитесь, такое имя – штамп. Кого в наше время интересуют стандартные люди? Ответа нет. Человек желает быть неповторим и видеть около себя таких же, что есть, по сути, противоречие глупца достойное. Поэтому всю жизнь, я не стараюсь быть оригинальнее и лучше кого-либо. Да и не особо получается.

В данное время числюсь студенткой технического вуза. Как увещевала моя мама: “Баба-инженер – звучит гордо!”. Тружусь я без усердия особо, впрочем, и смысла запускать не вижу. В общем и целом – нахожусь где-то по серединке. Единственное, что заботит, так это взгляды лиц мужского пола. Их множество огромно. Порой мне кажется, они все голодны, и жаждут, чтобы покормили…

Припоминаю, был чудесный день. Август старался нас расплавить, но мне жара лишь доставляет удовольствие. Особенно приятно загорать на лавочке, возле фонтана. Читая книгу, приметила, что сел ко мне мужчина. Лишь приглядевшись, осознала, то вовсе не мужчина был, а юноша, усердно сохраняющий щетину. И вновь мне захотелось сумасшествия. Вдруг повезёт сегодня? Загадывать не будем. Я твёрдо положила на него свой хрупкий взгляд и начала обороняться боем:

- Зовут меня Джанет, пью кофе, разве что с клубникой и мороженым. У вас есть две минуты. Хотя я лгу, все пять. Уговоришь, и будем выпивать.

Задумчиво и удивлённо, взглянул он на меня. Открылся рот, захлопали ресницы.

- Э-э…Ты… нестандартна… – с трудом выговорил нерешительный мальчик.

- Талантов не имею. Вставай уже и пригласи меня в кофейню, – спокойным тоном принудила, и за руку его схватилась цепко.

- Меня Васей называют... – вяло добавил собеседник.

Люди шли вперед. Остальные назад. Наше знакомство тоже пыталось обрести некий смысл.

О, мир! Ты дебри лесные. А люди тут звери. При всём этом, мужчины давно обратились из хищника в трусливого зайца. И сегодня я потеряла нравственную девственность, отловив того еще грызуна. Допивая положенный кофе, я мысленно описывала его жизнь перед нашей встречей…

Одиннадцать классов школы прошли тихо и без лишних звуков. Точно так же, как и неизменное все годы поведение скромного, близорукого мальчика. Симпатичный, но не броский. В очках геометрически неверной формы, придающих значительную интеллигентность его деревенскому лицу. Общение с девушками у Васи располагалось, где-то на уровне освоения галактики человечеством. Четко оформленных идей на дальнейшую жизнь также не наблюдалось. В итоге, залетел на биолого-химический факультет и размерено двинулся по течению ко мне в лапки. Хотя я вовсе не собиралась использовать его и даже знакомиться!... Это какое-то очередное помешательство… Тем временем Василий решился заговорить, после небольшой тридцатиминутной паузы.

- Знаешь, химия крайне интересная наука! – восхитился собственным открытием Вася. – Ты хотела бы стать великим учёным?

- Нет, не хотела. Ведь надо быть гением, а я обычная фрейлина. И думаю, нам стоит прогуляться, а то уж больно ты задумчив… – сказала я, на ходу вытаскивая его из уютного кресла.

На улице за время наших разговоров заметно посвежело. Вот только радости мне это не приносит. Прохладе надо меру знать. А когда температура понижается от тридцати до девятнадцати – это, знаете ли слишком. Каждый год ровно в этот день, понимаю, осень захватывает мир. Листья, печально отшумев последний аккорд, срываются и летят радовать дворников. Дворники – культурная ценность нашей родины. Стильно убрать оппонента матом, доступно не каждому. А уж очистить сквер от листьев – подавно. Эти люди заметают осень в тёмные углы. Я их люблю, пожалуй - безответно.

- Знаешь… - прервал мои размышления Вася. – В кафе ты посмотрела мне в глаза. Свет отключился. Я будто опустел внутри и разом весь промёрз.

Ну вот. Опять всё повторяется. И жертва на глазах теряет силы.

- Возможно это проявление чего-то благородного, но я склоняюсь более к тому, что с химией пора тебе завязывать… - разочаровано ответила ему.

- И что-то клонит меня в сон… - не заметив глупой шутки, произнес Василий. – Проводить тебя до дома?

- Совсем не обязательно и очень далеко. Вдруг на обратном пути ты свалишься в канаву? Давай-ка вызывай машину, как минимум такси… – рекомендации я, кажется, давала в пустоту, он мирно спал, облокотившись на сосну…

Уехал юноша. И ветер неожиданно затих. Энергия, переполнявшая меня, без колыханий улеглась на дно желудка. Раскачивая мир своей тяжелою походкой, я зашагала, напевая, прямо к дому.

Чем наградил людей создатель? Какой приятною изюминкой? Или ж весьма ужасным содержанием? Гадает каждый с детства, но я определилась вмиг. Всем людям четко сообщаю: “В наличии таланта не имею. Быть может завезут на следующей неделе”.

Однако не даёт покоя гадкий факт. Стоит мне пристально взглянуть на человека, непринуждённую беседу завести, как сразу вижу всё: и чем он жил, и даже то, чем в детском садике питался. А жертвы редко улавливают сам процесс. И после все уснуть стремятся. Эта странная особенность даёт мне силы и отнимает у других всё до последней капли. Мама говорит, если меня примут в милицию, естественно работать, а не за убийство, то многие преступления раскроют гораздо быстрее. А бабушка в свою очередь утверждает, что в ЖЭКе, таких особей как я, бесчисленное количество. Биографию по глазам читать они конечно не умеют, а энергию сосут без всякого разбора.

Куда мне применить сие умение? Ума совсем не приложу. Посвященные в тайну приятели всё чаще говорят: “Пиши книги! Ведь знаешь ты десятки судеб и сотни разномастных характеров”. Но, к сожалению, мало кто догадался, что судьбы многих словно близнецы, и в чём-то даже тривиальны. А на бумагу в ярких красках это всё перенести – горазд не каждый. Писать, конечно, можно научиться, но я считаю без таланта здесь не обойтись. Хотя всё чаще люди в мире заявляют: “Я человек искусства и творец. Работать не по мне”. Вот пусть они и пишут, лёжа на диване. А я уж лучше буду двор мести…

Вам это будет интересно!

Последние новости