Дорога в совершенство

Мы с Ником забрали огромный черный конверт с приглашениями на новогоднюю Ёлку в маленьком окошке, проделанном в серой, облезлой от сырости стене псевдоготического особняка, и тут на нас обрушился ливень. И какой! Осенние листья немедленно посыпалась на землю, задевая наши лица, прилипая к одежде, проносясь мимо, рискуя оцарапать острыми краями, в мгновенье ока вздувшиеся под ногами потоки воды понесли листья неизвестно куда, в пролив, а может быть, через пролив в город… подальше от острова Нероуз.
Мы заходим внутрь, надеясь переждать дождь, зная, что он продлится, как минимум, до завтра. Внутри нет стен, нет никаких перегородок, вестибюля, коридоров, лестниц, палат, камер, это один огромный бедлам, напоминающий нечто среднее между общественной баней и ночлежкой, заставленный лавками и раскладушками, заваленными серым тряпьем, среди которого тут и там виднеются живые существа. Санитарки, огромные тетки, одетые в такое же тряпье, снуют по этому пространству, грубовато-заботливо общаясь с обитателями. Чтобы избежать простуды, приходится сменить мокрую одежду на местное облачение.
Между делом, тетки развлекают Николя в меру своего разумения и предлагают взять его на лето в деревню, где лес, луга и козье молоко. Я подумываю согласиться. Козье молоко – это аргумент в нашем загаженном городе. Тетки просят меня помочь в помывочной. Я захожу по ошибке в мужскую душевую, где все те же тетки, вижу вспышками части обнаженных искореженных тел, выметаюсь в смущении.
Я изучаю окружающее меня копошащееся пространство. В паре метров от меня, посреди всего этого сомнительного великолепия сидит на кушетке моя радость с надменной рожей и изволит скучать.
Версия где-то между Batman: Arkham City и Batman beyond: Return of the Joker. Словом, никто в здравом уме и т.д.
Откуда-то появляется моя маман и пытается увезти оттуда меня и Ника, но возникают бюрократические трудности, и она, в ужасе, уходит «куда-то туда». Перспективка потерять возможность уйти отсюда в любой момент заметно нервирует, и я начинаю нарезать круги среди всей этой ветоши, поближе к Джокеру. Это мое нервное мельканье в конце концов надоедает ему, и я оказываюсь довольно деликатно прижата к стенке за горло. Нет ни кожи, ни мышц, ни костей, он как будто состоит из чего-то однородного, более твердого, чем плоть и, вместе с тем, пластичного. Моя правая рука и его левая переплетаются пальцами, между моих костяшек проскальзывает неживое, рискуя раздавить их. Собственно, этим физический контакт и ограничивается, но эффект сногсшибательный. Вид у него довольно монструозный, о чем я уже упоминала, но, черт возьми, я не видела ничего прекраснее.
Потом он куда-то девается, мне становится скучно внутри, я выхожу на улицу и вижу стоящий у дверей черно-хромовый автобус. Поднимаюсь в него, внутри какие-то люди, иду между ними, в дальний конец. Мистер Джей в черном комбинезоне, развалившись, и одновременно очень прямо сидит на диванчике, вокруг полно пустого пространства. Никто не хочет находиться поблизости. Я швыряю на сиденье неизвестно откуда взявшийся рюкзак, и усаживаюсь напротив, зеркально повторяя его позу. Удовлетворенно кивнув, он машет рукой водителю, мы трогаемся, и тут я просыпаюсь, совершенно охуевшая от счастья.

Дедушка Фройд, уберите свои грязные лапки и сальную бороду, тут и так все ясно!

Последние новости