Дорога в совершенство

25.05.2012

Робкие новости

В феврале 2000 года на ЮТВ появилось новое лицо. Светлана Почерняева — имя ему. Симпатичная девушка, делающая новости. Знал я о ней тогда немного: человек без высшего журналистского, работала в «Призыве», скромная... На этом мои познания о Свете заканчивались. Ну, еще то, что в кадре она практически никогда не улыбается.

С задачей выяснить, почему на ее лице редко читаются эмоции и узнать, кто она такая вообще, я и отправился за несколько дней до нового года-века-тысячелетия на юргинскую студию телевидения.

Шипилов | Для начала задам вполне логичный вопрос: как вы в журналистику-то пришли?

Почерняева | О, это для меня трудный вопрос. Если бы мне кто-нибудь лет пять назад сказал, что я буду работать в средствах массовой информации, — не поверила бы. Потому что думала о чем угодно, но только не об этом.
А пришла совершенно неожиданным образом. Окончив вечернее отделение филиала Томского Политехнического университета в Юрге — не люблю, когда говорят ВТУЗ, — работала на машзаводе. Потом ушла в декретный отпуск, а, вернувшись из него, совершенно неожиданно узнала, что меня сократили. Естественно, стала искать работу. А тут по заводскому радио прозвучало объявление, что газете «Призыв» требуется корреспондент. Я туда пришла, мне дали задание — написать пробный материал — накануне девятого мая отправили к какому-то ветерану. Это была почти что биография. И то, что написала, мне понравилось. А Надежда Васильевна — редактор — сказала, что «поначалу все так пишут». Потом был испытательный срок. Как видно, я его вполне успешно преодолела.

Шипилов | А телевидение?

Почерняева | На самом деле все очень просто — из редакции ЮТВ поступило предложение.

Шипилов | Несмотря на то, что у СМИ одно назначение — информировать население — у прессы и у телевидения разные подходы. Тяжело было осознавать, что нужно иллюстрировать текст не только деепричастными оборотами, но и мимикой, интонацией?

Почерняева | Естественно. В первые дни работы я вообще не знала, что делать, к чему себя приложить, что говорить в начале сюжета, а о чем — в конце.
Ко мне даже ярлык прилепился — «Умирающая девушка».

Шипилов | Странно, но, общаясь с вами в жизни, этого особо не замечаешь.

Почерняева | Я по натуре — человек робкий. И вообще: присутствие камеры уже само по себе действует на людей. Начинаешь с ними общаться — они теряются.

Шипилов | То есть вы из категории тех, кто боится камеры?

Почерняева | Не то, чтобы боюсь, но, согласитесь, непривычно отработав несколько лет в газете, вдруг сразу очутиться в кадре. Думаю, если вас сейчас посадить перед камерой, реакция будет та же самая.

Шипилов | Уже год прошел с того момента, как вы сделали свой первый сюжет. Уловили ли какое-нибудь преимущество телевидения над остальными средствами массовой информации?

Почерняева | Преимущество в том, что мы первыми выдаем новости. Телевидение — оно самое универсальное из СМИ, позволяющее работать оперативно, а в новостях именно это является главным. А еще новости более компактны. Банально прозвучит, но я считаю, что краткость — сестра таланта...

Шипилов | И враг гонорара.

Почерняева | Да, согласна! Но когда я шла сюда, ни в коем случае не думала о деньгах. Это, конечно, немаловажно, но для меня не первостепенно.
К тому же мне здесь комфортнее работать — может, многие со мной и не согласятся. И дело не в том, что здесь есть хотя бы транспорт...
Меня достаточно тепло принял коллектив — я всегда тяжело переживаю новых людей, новую обстановку... Это трудно для меня. Мне порой очень трудно найти контакт с человеком.
А сейчас, кажется, я тут прижилась, наверное, поэтому мне здесь и комфортно.

Шипилов | Странно. Общаясь со многими вашими коллегами по ЮТВ, а они также пришли из газет и радио, я не уловил подобного настроения. Они говорят, что работа нравится, но сетуют на рутинность. Это не газета: сдал материал — свободен. И не радио: закрыл рот — рабочее место очищено. На телевидении нужно создавать имидж, картинку, гримироваться... В общем, быт. Для вас, Света, это уже норма или еще напрягает?

Почерняева | Да это меня вообще никогда не напрягало, даже в самые первые дни... Знаете, я до сих пор не люблю парикмахерские — вот это для меня рутина. Там на столике стоит лак для волос: перед съемкой сделала укладку — пошла в студию на запись... Единственное, с чем экспериментировала — это волосы. По жизни я их собираю в «хвостик», первые же несколько программ пробовала сидеть с распущенными. Все. Больше никаких новшеств не было.

Шипилов | В последнее время вы занялись авторским телевидением. Это от чего: поняли, что новости не ваше или же просто есть время?

Почерняева | Новости мне делать интереснее. Но, делая сюжет, порой всплывают такие темы, что хочется сделать о них отдельную программу. Да и сюжетный формат не всегда позволяет раскрыть то, что хочется.
Вообще, делать авторские программы труднее. Сложно объяснить, почему. Думаю, информация о том, что их у меня пока три, даст некий ответ.

Шипилов | Света, а если бы вам сейчас пришлось вернуться обратно, в газету, смогли бы?

Почерняева | Мне кажется, в газете я больше не смогу работать.

Шипилов | Не от того ли, что в раз перестанете быть узнаваемым человеком, ведь телевидение — это еще и известность, черт ее побери?

Почерняева | Честно говоря, когда ухожу с работы, я забываю о том, что буквально пару часов назад была в кадре. Для меня это не важно. Иногда, когда иду по улице, чувствую и ловлю на себе взгляды. Это всегда так... неожиданно. Думаю, я до сих пор к этому не готова.
Да, я осознаю, что известна. Но до сей поры не умею этим пользоваться. Мои коллеги же наоборот считают, что надо. Вот надо решить какой-то вопрос, с теми же детскими пособиями, например, я не звоню туда, а жду наряду с горожанами...
Поступать наоборот мне кажется делом неудобным...

Шипилов | Вы — человек, неиспорченный славой?

Почерняева | Да, наверное. Но мне многие говорят: «Это ты сейчас такая». А быть другой не хочу.

Интервью и фотография: Дмитрий ШИПИЛОВ