Про заместительную терапию и людей

Интернет-магазин бытовой техники Поиск по заданным критериям

sokol.ua

25.05.2012

Про заместительную терапию и людей

19 января к наркодиспансеру в Черновцах подьехала милицейская машина. Из неё вышло несколько милиционеров, которые спокойно прошли в здание больницы, где с раннего утра уже выстроилась очередь пациентов. Эти люди--участники программы заместительной терапии (ЗТ) метадоном и бупренорфином, применяемой при опиатной зависимости и являющейся на сегодняшний день одним из самых эффективных способов профилактики ВИЧ сред потребителей иньекционных наркотиков. Милиционеры прошли в кабинет, где в это время шел прием больных и по очереди принялись вызывать пациентов, ждущих приема препарата. Суть разговора состояла в следующем: пациента убедительно просили подписать добровольное согласие о разглашении личных данных. Затем люди в форме заполняли на каждого человека анкету: имя, адрес, ВИЧ-статус, судимости, отношение родственников к заместительной терапии. Тех, кто отказывался делиться столь личной информацией, сначала мягко убеждали, потом запугивали--отказом в приеме препарата, звонке на работу или родственникам, и в конце концов, задержанием.

Пациенты в Черновцах оказались не одиноки в этой унизительной истории. Волна подобного "анкетирования" прошла по всей Украине после того, как 18 января Министерство Внутренних Дел Украины издало указ о сборе данных обо всех пациентах, участвующих в программах заместительной терапии в Украине. Буквально через день милиция поочередно начала появляться почти на всех из 125 пунктов заместительной терапии по стране. Пациентов преследовали в больницах и дома, задавая все те же вопросы: "ВИЧ инфицирован?" "Сидел?" "Дозировка метадона?" Врачам советовали не противодействовать во избежании дополнительных мер.

Парадокс заключается в том, что несколькими днями ранее, 15 января в Украине вступила в силу новая редакция закона о противодействии ВИЧ/СПИДу, в котором заместительная терапия отныне гарантировалась государством, как один из ключевых аспектов профилактики ВИЧ/СПИДа. Но не смотря на столь прогрессивное законодательство, на практике ситуация вокруг программ заместительной терапии в Украине выглядит иначе. Расширение метадоновых и бупренорфиновых программ в Украине неизменно сопровождается давлением силовых структур на медиков и пациентов. Очевидно, что постоянное вмешательство правоохранительных органов во врачебную практику крайне дестабилизирует терапевтический процесс, ставя под угрозу лечение более 6,000 пациентов, находящихся на заместительной терапии. Врачи вынуждены принимать исключительные меры предосторожности, чтобы обезопасить себя от преследований милиции. Пациенты вынуждены каждый день приходить за легальным лекарством, зная, что в любой момент могут оказаться в милицейском УАЗике, дежурящим за воротами больницы.

В отличии от Европы, США, Канады, где лечение опиойдной зависимости метадоном и бупренорфином всегда было и остаётся исключительно медицинским вопросом, в Украине заместительная терапия является крайне политизированной темой. Свидетельством этому является недавнее выступление Министра Внутренних Дел Украины Анатолия Могилева на совместной пресс-конференции с главой российского ФСКН, Виктором Ивановым, где Могилев сказал следующее: "Я Вам скажу так, тот кто, с моей точки зрения, тот кто создал эту программу у на в стране совершил ошибку. Мы с коллегой [глава ФСКН РФ, Иванов] обсуждали этот вопрос: в Америке эту программу практически на официальном уровне не поддерживают, она применяется только в некоторых странах Европы и эта тема больная. Мы ее обсуждаем сейчас на уровне Кабмина для принятия решения о ее трансформации в скажем так более цивилизованный метод."

Слушая высказывания г-на Могилева, хочется ответить по-булгаковски "Поздравляю вас, гражданин, соврамши!" Не сомневаюсь, что Могилеву и его российскому коллеге хорошо известно, что заместительная терапия широко доступна во всех странах Евросоюза и официально поддержана на федеральном уровне в США, где на сегодняшний день более 250,000 пациентов заместительной терапии. И программы продолжают расширяться, поскольку эти страны руководствуются доказательной медициной. О чем же говорит доказательная медицина в отношении заместительной терапии? Она говорит о следующем:

На сегодняшний день ЗТ является наиболее эффективным способом профилактики ВИЧ/СПИДа среди потребителей опиатов иньекционным путем. Метадон и бупренорфин выдаются под наблюдением медсестры ежедневно в таблетированном или жидком виде, что резко снижает вероятность заражения ВИЧ, гепатитом посредством использования грязных шприцев.
Стабилизирующий эффект приема ЗТ способствует приверженности к другим видам лечения, в которых часто нуждаются потребители иньекционных наркотиков--антиретровирусной терапии (при ВИЧ) и противотуберкулезного лечения.
Учитывая, что до 100% потребителей наркотиков не заканчивают полный курс лечения против туберкулеза, что в свою очередь приводит к развитию многолекарственно-устойчивого туберкулеза, отказ от заместительной терапии для данной категории пациентов влечет за собой крайне отрицательные последствия для здоровья общества.

Заместительная терапия не вызывает эйфории, но позволяет работать, рожать здоровых детей, создавать семьи, выходить из криминала, платить налоги, и, просто, жить. Слишком много патетики, скажете вы. Но лично я знаю много таких примеров. Поговорите с самими пациентами этих программ, которые не хотят жить вне закона, которые не хотят прятаться, бояться, воровать. Поговорите с их лечащими врачами, которые видят, как меняется жизнь пациентов у них на глазах.

Казалось бы, вот оно, то самое, к чему стремятся борцы с наркоторговлей и криминалом--наркооборот несет большие финансовые потери с выходом потребителей наркотиков из наркосцены. Так почему же борьба идет с программами заместительной терапии--с пациентами и врачами? Кому не выгодны эти программы?

Этот вопрос остаётся открытым. Как и вопрос о том, что ждет более 6,000 пациентов и их близких в Украине завтра.