Дорога в совершенство

Первая зимняя прохлада вместе с чернильными сумерками спустилась на Иерусалим.  Еще один мутновато-расплывчатый день пробежал, не оставив и следа.  Беру Бабакину сбрую, а он у нас тот еще конь: начинает подпрыгивать, радостно перебирать лапами, толкаться мокрым носом , открывать огромную зубастую пасть, и отправляюсь дышать. Бархатистый, пахнущий тайной воздух наполнил всю меня (чуть не взлетела, даже). На ночном небе мерцают южные звезды – одна из них "моя". Ярче всего сияет она зимой и не просто сияет, а переливается разноцветными холодными лучами. Подмигивает. Называю ее, ни много ни мало, – "Вифлеемская". Это мое личное, никому не ведомое, астрономическое открытие  - не спорьте, других имен у нее нет.

Идем. Трусцой рядом бежит Бак – огромный, ушастый – точно конь. Сравнение с конем меня радует –  всегда мечтала иметь лошадку, но за неимением оной, собако-конь –самое оно, учитывая скромные наши пресловутые квадратные метры, я бы даже сказала, выигрышный вариант. На улицах пусто. Вечер пятницы – начало шаббата. Большинство людей сидят в теплых квартирах за семейным  ужином.  Наша, самая южная иерусалимская околица почти упирается в палестинские территории. Там –   Вифлеем и христианская деревня Бейт Джала, предместье этого евангельского городка. Понятно, что туда, нам, людям израильским ходить нельзя , потому смотрю с окраины холма, через темное пятно ущелья, на радостные огоньки этой маленькой деревеньки, в которой по святоземельной традиции, жил святой Божий угодник Николай, когда посещал святые места.  Дальше отправляемся к одному удивительному дому – стоит с шахматными башенками, такой небольшой свидетель  правления британского мандата, возрастом эдак чуть меньше ста лет,  огороженный  каменным заборчиком, на отдельном холме, как в другом мире. А вокруг – молодые,  такие же известняковые  как и этот старичок, коробочки-дома, окна  которых уютно желтеют электрическим светом.

И вдруг, нарушая эту шаббатнюю идиллию, из улочки спального района со свирепым ревом выезжают семь черных всадников-назгулов на таких же черных мотоциклах. Потрясенные зрелищем, мы с Баком, словно два загипнотизированных кролика, идем навстречу таинственным незнакомцам.  Весьма непредсказуемо и неожиданно, черные всадники не проехали мимо, а покружив по дорожному кольцу, притормозили рядом с нами. Через несколько мгновений, которые длились очень долго,  мы наконец поравнялись с одним из всадников. От него невозможно было отвести взгляд. Вот и с нами, Бака, происходят чудеса!  Собранный, спортивный, весь в черной байкерской одежде, назгул поднял забрало черного мотошлема,  открывая интересное, немолодое, европейское лицо.  Серые глаза вопросительно смотрели, да-да, именно на меня.

- Извините, - обратился он ко мне на хорошем родном английском, - как проехать в Вифлеем?

Этот вопрос, прозвучавший от черного всадника-назгула, тихим шабатним вечером в спальном районе Иерусалима, почему-то меня очень обрадовал. Две тысячи лет, как будто исчезли, и эти таинственные люди стремились в город Царя Иудейского  как некогда  отважные волхвы: Каспар, Мельхиор и Вальтазар, шли туда же вслед за Вифлеемской звездой! Только у этих, современных, видимо система GPS дала сбой, и вот мне оказана такая честь…эхх, ну ее, патетику!  Я экстренно собрала все свои топографические способности, и на своем тоже приличном хоть и не родном английском стала отвечать, отчаянно махая руками.

- Прямо, направо на светофоре, прямо-прямо и еще раз направо.

Назгул кивнул, поблагодарил, и , махнув своим товарищам, отправился по указанному мной маршруту.

Надеюсь, не заблудятся, промелькнуло в голове. Последняя пара всадников скрылась за поворотом, а я и собако-конь, улыбаясь, зашагали домой – в уютное тепло электрического, желтого света. Где-то, между Иерусалимом и Вифлеемом.

Вам это будет интересно!

Последние новости