Дорога в совершенство

Хоть и несвоевременно, но уж оч нетерпицца написать енту сказачку, блин! Так шо слухайти...
Новогоднее подстолье
Каждый Новый год праздновался в лесу одинаково. И как-то заяц по фамилии Буянов позарился сменить старые лесные традиции.
Пришел к еноту Брючкину с делом.
- Надоело мне постоянно начинать с застолья с салатами и шампанским, а заканчивать водкой и подстольем кислым.… Слыхивал я…, знаешь ты… Мерлитона. Давай к нему. Он-то уж знает, как делу помочь. Медведь все-таки!
Енот был сговорчивый, лысый, как банка, но сзади смотрелся очень красиво. Так они необутые и пошли.
Мерлитон встретил непрошеных гостей радушно и в очках. Медведь он был хороший: носил носки, говорил «мерси» и чихал после еды. Без разговоров стал угощать. Надавил лимонов с апельсинами в кастрюлю, воды да водки добавил, понюхал. Пошел в подвал, принес вина сухого, и туда же вместе с сахаром насыпал. Налил это дело в миски и раздал гостям, себе и жене своей гражданской. Потом задумался.
А заяц Буян в это время и говорит еноту:
- Ты вот, Брючкин, сидишь, и ничего не записываешь. А для кого я бумагу взял? – достал из кармана руку и пригрозил кулаком.
Брючкин стал писать.
Медведь же достал из комода компот вишневый, так как другого не было, и наложил по 8 вишен в чашку каждому.
- Мерлитон… Мы, вот, к тебе по делу пришли Ты же веселительные снадобья знаешь – залепетал Буянов наобум, потому что не знал, с чего разговор начать. - Нам бы, вот, Новый год без… раннего подстолья бы… справить. - Буянов задрожал зачем-то и высморкался. Потом давай глотать медвежью смесь. Когда опорожнил литровую миску, продолжил:
- Думал, думал я вчера, как от мышей избавиться. Они ведь зимовать ко мне приходят. Да что-то в этом году так надоели, сладу с ними нет.… Намедни, вот, штаны синие сгрызли, скоро вообще… лягушек есть буду… Буян замер от чего-то, а Мерлитон налил ему в миску остаток самопала и давай кружить по залу, собирать по ящикам разносольные напитки.
- Ну, вот, - завершил свой рассказ Буян и встал, - Ты, енот, не сиди. Пой, давай. Нашу!
Брючкин затянул хороводную, а Буянов стал изображать именинника и задрыгал ногами.
Мерлитон, воспользовавшись моментом, стал презрительно сливать в ту же желтую кастрюлю остатки старого коньяка да вермута никчемного. Апельсинов опять же надавил, винограда, потом вина сладкого с бутыль туда же отправил, да ягод из варенья еще зачем-то. И опять по мискам. Потом на улицу сбегал, снега принес и тоже в чашки разложил. Для вкуса.
Тут уж Маркида, жена Мерлитонова, поднялась, давай коленца выкидывать в разные стороны под енотовую музыку, хоть и глухонемая сама.
А медведь не угомонится никак. Торт малиновый затеял. Позвонил курице Жозефине Павловне. Та яиц нанесла ему пару пар. И тоже в пляс осталась. А Мерлитон муки да сахару насеял поровну, по стакану, наверно, соды нагасил, да в печку. Сходил в магазин, сгущенки с маслом набрал и с малиновым-то вареньем спутал (смесил, в смысле).
Тут уж енот лысый не выдержал, тоже встал. Достал со шкафа скрипку и давай играть песни разные, хотя до снадобий медвежьих и в глаза скрипок не видал. Ну, там уж всем не до мелочей этих было.
А Мерлитон смазал печеное тесто снутри маслом малиновым и тоже стал… кушать… А потом чихать.
Бедному автору поневоле приходится писать слово:

КОНЕЦЪ.
P.S. Рецепты настоящие!

Последние новости