Дорога в совершенство

Он уезжал из города, где провел почти безвылазно последние три года с легким сердцем и обеспокоенной душой. Даже еще и не уезжал, а только собирался. Прошли три интервью в крупной благополучной фирме, в которой очень хотели его видеть. Да еще, к тому же, его очень настойчиво продавало туда авторитетное кадровое агентство понимающее, сколько может выручить себе с этой сделки. Судя по обещанной зарплате, девчонкам доставалась очень даже немаленькая сумма, как процент со сделки.
Перебиваться случайными отношениями? Так ведь и настроение от них тоже случайное. И город бы этого не позволил. «Злой он у нас, город», - не уставали ему твердить местные сослуживцы.
Что злого – он так и не понял за это время. Потому что ему везло на людей, на внимание, на доброе отношение. И не только. Что-то заполняло и чуть больше. Но цели «ходить налево» никогда не было. Где-то просто дружба, где-то чуть больше (но только чуть). Большего не позволяла серьезная рана, связанная с внезапно прерванным серьезным чувством.
Он ходил последние три недели немного возбужденный и окрыленный предстоящей перспективой. Никому и ничего не говорил, боясь спугнуть нечаянно свалившуюся на него удачу. Конечно, хорошо оплачиваемая и перспективная работа в компании не только с российским, но и международным размахом. Кроме того, возможно, получится зацепиться в Москве.
Обнародовать свое решение он хотел сразу после новогодних каникул. Но промолчал даже друзьям и приятелям на корпоративном празднике. Ради этого ему пришлось пожертвовать новогодним настроением и сбежать домой, чтоб не проболтаться после бокала шампанского.
Сидел на кухне с фужером хорошего виски, чокаясь в одиночку с бутылкой, и, закусывая скромной снедью. При этом хитро, но немного глуповато улыбался, искренне и наивно надеясь, что там, на новогоднем вечере, все хором обсуждают его исчезновение и гадают о причинах.
Это его самосозерцание продолжалось примерно до половины двенадцатого, когда неожиданно раздался звонок в дверь. На пороге стояла Наташа. От нее чуть-чуть попахивало спиртным, но с мороза она так симпатично зарумянилась, что казалось – ее просто обожгло вином.
- Ты чего это пропал? Почему сбежал? Что-то случилось?
- Нет, так… не очень хорошо себя почувствовал…
И тут он понял, что соврать не сможет. А правда означает конец их отношениям, так до конца им обоим непонятным. Не было, точно не было любви. Была давняя взаимная симпатия. Несколько лет назад он ей очень помог в ее беде, даже не понимая сам, чем и кому помогает. Просто принял решение, которое было в его компетенции, но которое не принимал никто другой, в чьей компетенции это решение тоже было. И она неосознанно была благодарна человеку, который безо всякой корысти пошел ей навстречу. Потом еще пару лет они практически не знали о существовании друг друга. Встречались по пути, иногда даже и не здороваясь.
Какое-то время спустя, они вместе выходили из спорткомплекса, улыбнулись друг другу, она пригасила подвезти. После этого стали улыбаться при встрече. Потом совершенно непреднамеренно стали оказываться в одних компаниях. Потом преднамеренно. В общем, как то оказались вдвоем не в компании, говорили о чем-то, она показывала город, интересно разговаривали.
Наконец настал день, когда он пригласил ее домой. Ничего и думать не хотел, только посидеть, попить кофе, совсем не как в стандартных ситуациях.
Но ситуация в итоге все же оказалась стандартной. Ведь об это м не надо спрашивать. Мудрый мужчина всегда все прочтет в глазах женщины. Он тоже прочел, почувствовал после нескольких часов пустой болтовни.
Что это было? Вряд ли кто из них тогда понял. Не было желания. Была готовность.
Об этом говорили не только ее глаза, но легкий трепет, когда он случайно (правда, случайно) коснулся ее бедра; но ничего не значащие трусики, которые она одела; но запах чистейшего тела, с которым не забегают просто так попить кофе.
Дальше все произошло на удивление легко.
Позже они сидели просто как давно знакомые люди, но совсем не как любовники. Просто было полное понимание друг друга, о не было искры в глазах. У обоих было ощущение, что они нужны друг другу, здесь и сейчас. Ни тогда, ни после не было ни признаний в любви, ни обещаний ни клятв. Им нравилось общаться, остальное было не животным, не механическим, а очень добрым. Другого слова, к своему изумлению, в своем приличном лексиконе он не находил.
Не было жарких ночей. Не было страданий. Но не было и ссор, упреков. Все именно по-доброму. Уж не знаю, бывают ли другие случаи близости у друзей, как этот.
Тем более, в этот вечер он оказался совершенно растерянным. Трудно сообщать об окончании отношений любимому человеку. А сейчас придется сказать о своем отъезде навсегда другу. Другу? Не совсем обычному, но другу.
Первый раз за последнее время при их встрече у них не было близости. Она спокойно все выслушала, улыбнулась грустно и, взглянув в его застывшие глаза, тихо проговорила: «Ну, что ж… Значит так нужно..».
Он готов был провалиться сквозь землю, потому что думал, не выдержит этого взгляда. Но ее глаза были удивительно искренне-дружелюбными и доверчивыми. Он понял, что не было до сих пор человека, настолько понимающего его. Жаль, что они были лишь друзьями. Неужели так расстаются друзья.
Они проговорили долго. Ни о чем. Спокойно и, улыбаясь друг другу. Ушла Наташа глубоко под утро. Следом за закрытой дверью раздался звонок мобильного. Звонила помощник директора. Просто помощник. Просто сослуживица. Просто коллега.
- Что случилось? Тут Вас все обыскались!
Скрывать уже не было смысла.
- Ничего не случилось. Знаете ли…. Я ухожу. Утром принесу заявление. Я уезжаю.
В трубке воцарилось недолгое молчание. А потом всхлипы и явственный плач. Мобильник стал мокрым…

Вам это будет интересно!

Последние новости