Дорога в совершенство

Почему ценнейшее изобретение гомельского учёного не нашло широкого применения в отечественной медицине?

В предисловии к одной популярной брошюре мне встретилась фраза: «Если нет здоровья – все остальное в жизни бессмысленно». Точнее не скажешь! А сколько страждущих обрести это искомое сокровище стучится в двери различных медицинских центров, больниц, поликлиник, аптек, институтов, а иногда обращается к помощи экстрасенсов, народных целителей. И зачастую совершенно безрезультатно. А тут целебные порошки нашего «гомельского Авиценны», ученого-микробиолога Д.А. Орехова, способные мобилизовать иммунную систему на борьбу с болезнью, вернуть здоровье, передаются «кустарным способом» из рук в руки, посредством «сарафанного радио». Парадокс? Еще какой!

Игры разума
В целом, Дмитрий Арсеньевич Орехов своей судьбой доволен. Он прожил интересную, насыщенную полнокровную жизнь. И она вовсе не была борьбой с ветряными мельницами. Его имя в научных кругах нашего региона довольно известно. Я разговаривала со специалистами нескольких гомельских научно-исследовательских институтов, они отзываются об Орехове, как о талантливом ученом, личности яркой и неординарной. Он закончил Витебский ветеринарный институт, учился в аспирантуре в Ленинградском научно-исследовательском институте сельхозмикробиологии. Защитил диссертацию и получил звание кандидата биологических наук. Начинал в 70-е годы. В его послужном списке несколько научных патентов и ценных изобретений в области растениеводства и животноводства. Особой гордостью Орехова является его разработка совместно с коллегами из Гомельского Института леса сухого порошка из антигрибного антагониста бактерий – «бревисина». Этот препарат до сих пор используется для обработки семян в борьбе с инфекционными заболеваниями сеянцев в лесных питомниках, а также для повышения урожайности сельскохозяйственных культур. Эффективность «бревисина» нашла широкое подтверждение на практике во многих хозяйствах Гомельщины и на постсоветском пространстве. Знакомясь с архивными материалами ученого, я обнаружила несколько десятков писем от руководителей хозяйств, которые положительно отзываются о биологической ценности препарата. Одно время Орехов увлекся проблемой использования фосфогипса и его применения в животноводстве и растениеводстве. Им проделана большая работа по изучению влияния фосфогипса на окружающую среду, эффективности в качестве удобрения в сочетании с органикой. Доказана целесообразность использования фосфогипса в дозированном количестве в земледелии. Сейчас Орехов занят разработкой антисептического клея, который предназначен для тяжелых больных в постоперационный период. Но главной вершиной в научном поиске Дмитрия Арсеньевича стало открытие имунномодулятора. Его действие Орехов изучал в опытной лаборатории на белых мышах. У него были две группы подопытных животных, которые подвергались высокой дозе облучения. Те мыши, которые получали порошки, выжили и чувствовали себя нормально, а те, которые не получали, через три дня погибли. Были еще проделаны десятки опытов, в том числе и на сосновых и непарных шелкопрядах. Под действием препарата они стали интенсивно расти и развиваться. Оставалось выяснить, как влияет это средство на человека.

«Кролик» по имени Фрида
Фрида Анастасьевна – жена Орехова. Все знакомые называют ее просто: Фрида. Она занимает особое место в жизни ученого. Она его ангел-хранитель, друг, соратник, единомышленник, «скорая помощь» во всех сложных жизненных и бытовых ситуациях. Ей пришлось побывать даже в роли подопытного кролика. Беда пришла нежданно. Врачи поставили ей страшный диагноз: рак. И тогда Орехов предложил жене: «Давай попробуем. Будешь моим кроликом. Я уверен, должно получиться. Все будет хорошо!» Порошки Фрида пила курсами, с интервалом в несколько месяцев. И болезнь отступила, обошлось без операции. Вот уже много лет она не обращается к онкологам. Чудо? Случайность? Или это известный медицине «эффект плацебо», когда нейтральное вещество путем самовнушения превращается в чудодейственное средство, мобилизует защитные силы организма и дает поразительный результат? Орехов уверен, механизм воздействия его порошков обусловлен исключительно их биологической ценностью, природными компонентами. Дмитрий Арсеньевич и сам принимал порошки. Он перенес инфаркт, чувствовал себя неважно, но после приема препарата постинфарктные рубцы рассосались. 
Прежде, чем приступить к статье, я общалась с несколькими десятками людей, которые принимали порошки Орехова и добились стабильных результатов. Вот только несколько отзывов конкретных людей с серьезными диагнозами. Все они, как один, положительные. Других я не встречала.
1. Собственно, о препарате Орехова первоначально я услышала от одной своей знакомой С.З. Ее муж был болен раком горла. Перенес операцию, курс химиотерапии. Принимал после капельниц порошки. Лабораторные анализы крови улучшились. По сравнению с другими пациентами, которые прошли комбинированное лечение только в стационаре, его физическое состояние было намного лучше. После операции прошло пять лет. Мужчине сейчас 52 года, он работает, живет полноценной жизнью, чувствует себя хорошо.
2. Родственница этой знакомой С.З., ее родная тетя, пожилая женщина, перенесла операцию по поводу рака желудка. Принимала порошки в течение года. Метастазов не было. Прошло более 10 лет. Сейчас ей за 80, но она бодра и здорова.
3. К.В., сотрудница Белорусского торгово-экономического университета потребительской кооперации. В ее семье порошки принимают все: она сама, сын и дочь, как правило, два раза в год. Практически никто не болеет гриппом, даже во время самой страшной эпидемии. Еще один пациент – ее брат. У него язва желудка. Он живет в Каунасе. К.В. передает ему порошки через знакомых. Брат регулярно принимает их и чувствует себя нормально.
4. Еще одна родственница из этой же семьи перенесла операцию по удалению миомы. После операции резко упал гемоглобин. Женщина стала принимать порошки Орехова. Формула крови нормализовалась.
5. С.П., сотрудник Белорусского торгово-экономического университета потребительской кооперации. Ему удалили часть желудка в связи со злокачественным новообразованием. После операции курсами принимал порошки. Прошло уже пять лет. Здоров.
6. П.Л., женщина среднего возраста. Диагноз – рак молочной железы. Удалили грудь. Регулярно принимает порошки. С момента заболевания прошло около 20 лет. Работает, чувствует себя нормально.
7. В.Ф., пожилой мужчина. Страдает тяжелой формой болезни Паркинсона. Болезнь настолько измучила его, что он ослаб, почти полностью был дезориентирован в поведении. После приема препарата Орехова ожил. Стал общаться с родственниками, улучшился аппетит, наладилась работа желудочно-кишечного тракта. Наблюдается значительное улучшение его физического самочувствия. 
8. Р.С., мужчина средних лет. У него обнаружен рак желудка, впоследствие появились метастазы в легких. Прошел полный курс комбинированного лечения в больнице. Выписавшись домой, принимал порошки. Наступило улучшение. Пациент прожил еще 13 лет. Умер не от онкологии, а от другого заболевания: причиной его смерти стал тромб. 
Я могла бы привести еще ряд примеров. Все они одинакового свойства и красноречиво свидетельствуют о лечебных свойствах препарата Орехова. В Гомеле Дмитрия Арсентьевича знают. И в случае необходимости обращаются к нему за помощью. Он никому не отказывает. И все-таки мне никак не дает покоя один вопрос: «Почему путь Орехова к официальному признанию так долог?»

Нефартовый
Орехов с грустью говорит о себе: «Я – сирота казанская». И с горькой иронией добавляет: «ОНГ - Ореховская Научная Группировка - не сложилась…». И это правда. Дмитрию Арсеньевичу уже за 70. Он в хорошей творческой и физической форме, но годы дают о себе знать… К сожалению, у него нет учеников, сподвижников, последователей, которые развивали бы его изыскания, двигали идеи вперед. В научном поиске он одинок. Если раньше, в доперестроечный период, как отмечает сам Орехов, достаточно было просто дружеских связей, но теперь, прежде, чем начать эксперименты, нужно решить кардинальный вопрос: «Кто за это будет платить?» Сегодня ученому мало иметь «королевские мозги», блестящие навыки исследовательской работы, ему еще необходимо развивать в себе «пробивные» качества – мобильность, контактность, настойчивость, деловую хватку и здоровый практицизм. Орехов не умеет просить, добиваться, идти напролом... У него это как-то не очень получается. Одно время он занимался исследованиями в специальной лаборатории, которую ему выделили в Гомельском Институте механики металлополимерных систем НАН Беларуси. Но его работа связана с дрожжевыми культурами, которые создают особый специфический запах. Поэтому сотрудники соседних отделов с лабораторией не захотели проникнуться гуманной идеей бескорыстного служения науке и стали писать жалобы на имя директора института. Руководитель попытался сгладить конфликт, но это у него не получилось. Лабораторию пришлось закрыть. 
Была у Дмитрия Арсеньевича попытка наладить отношения с Институтом радиологии НАН Беларуси. Здесь у него, как ему казалось, вырисовывались большие перспективы. В институте пообещали открыть финансирование, создать лабораторию. Орехов ждал несколько лет, но так ничего и не дождался: денег не дали, лабораторию не открыли.
Вспоминает Орехов и свой неудачный опыт общения с Гомельским государственным медуниверситетом. Проректор по научной работе собрал заведующих кафедрами, но активного интереса к препарату Орехова никто не проявил. Резюме ученых мужей было однозначным: «Препарат должен быть отнесен к категории БАД. К медицине он прямого отношения не имеет». На этом обсуждение вопроса и закончилось.
Месяцев семь назад Орехов передал 750 граммов порошка для экспериментальных исследований в Гродненский государственный аграрный университет. С тех пор о препарате ни слуху, ни духу. Попытка Орехова прояснить ситуацию не дала успеха. Единственное, что он с удивлением узнал: его «микроб» почему-то переклассифицировали… Что дальше?
Я, как представитель СМИ, пробовала связаться по телефону с одним из специалистов Гродненского университета, профессором В.А. Струком и уточнить, на каком этапе эксперименты, но услышала от него суровую отповедь: «Чего вы лезете не в свое дело? Я не уполномочен вас о чем-то информировать». Ну, кто после этих слов будет утверждать, что учение – свет?..
Чтобы завершить научное исследование, довести работу до логического конца, сертифицировать препарат, нужны не только силы и энергия, но прежде всего деньги. На скромную ореховскую пенсию сильно не разгонишься. Разумеется, нужно и заинтересованное отношение государственных структур, научной общественности. А его как раз нет. Помогая другим, Орехов, как никто другой, сегодня сам нуждается в поддержке…
Его никак нельзя упрекнуть в корыстных целях. Дмитрий Арсеньевич – классический образец ученого-интеллигента. У него нет атрибутов состоятельного человека – дачи, машины... Я была у него в гостях и удивилась аскетизму, его неприхотливости в быту. В его старенькой хрущёвке нет никакой роскоши, интерьерных изысков, все предельно скромно и просто. 
Орехов далек от мысли завоевать громкое имя, сделать состояние…
У него одна мысль – служить науке, любимому делу. 
И мечта у него одна – оградить препарат от падких до скорой наживы и высоких барышей коммерсантов, поставить его на промышленную основу, сделать доступным для широкого круга людей. 
В данном случае он думает прежде всего о здоровье нации. 
Но почему только он один?

Вам это будет интересно!

Последние новости