Дорога в совершенство

- Я долго падал, - сказал он, наконец,  медленно,  как  бы  с  трудом

возвращаясь мыслью в прошлое. - Долго я падал, и он падал вместе со  мной.

Его огонь охватил меня, я горел. Затем мы упали  в  пропасть,  заполненную

черной ледяной  водой.  Смертный  холод  сковал  мое  тело,  сердце  почти

замерзло.

 - Там, на дне, вода погасила багровый огонь,

и Барлог стал скользким чешуйчатым гадом, едва не задушившим меня.

     Мы продолжали наше  сражение  там,  где  время  нашего  мира  еще  не

родилось. Наконец он вырвался  и  скрылся  в  подземных  лабиринтах.  

Там, на  много  ниже самых глубоких пещер гномов, мир грызут существа, которым нет имени.  Даже Саурон не знает про них. Они  старше  его  и  старше  меня.  Я  прошел  их дорогами, но чтобы не омрачать свет дня, не скажу о них  ни  слова.  Я  не знал пути и был в отчаянии,  единственной  надеждой  был  мой  враг,  и  я следовал за ним по пятам. Наконец он привел меня  на  тайную  тропу  Казад Дума. Теперь мы все время поднимались, пока  не  оказались  у  Бесконечной Лестницы.

  -  из глубочайшего подземелья до высочайшей вершины идет она, свиваясь в спираль длиною во много тысяч, пока не приводит в Башню Дарина, высеченную в живой скале Зиракзигиль. Это и  есть  Сильвертина  -  самая  высокая  вершина  в Туманных горах. Там, над Селебдилом, было одинокое окно в снегу, под ним -

узкое пространство, гнездо на головокружительной высоте над туманами мира.

Все внизу было  покрыто  плотными  облаками,  а  в  небе  пылало  страшное

безжалостное солнце. Там мой враг вспыхнул снова, и пришлось опять  биться

с ним. Возможно, в грядущих веках  сложат  песни  о  нашем  сражении...  -

Гэндальф усмехнулся. - Хотя о чем можно рассказать  в  песне?..  Тот,  кто

наблюдал со стороны за этим поединком, мог видеть  молнии,  обрушивающиеся

на вершину, огненные сполохи, тучи дыма и  пара  от  таявших  снегов.  Лед

плавился и шел горячий дождь. Полыхало пламя и рушились скалы. Наконец,  я

взял верх и сбросил его вниз. Он упал, разрушив горный склон, а я  остался

на вершине ни живой, ни мертвый. Тьма была вокруг, мысли и время перестали

существовать, и я бродил по дальним дорогам,  о  которых  ничего  не  могу

сказать... Казалось, что проходили века, сознание уходило и  возвращалось,

я видел спиральную лестницу  то  разрушенной,  то  восстановленной  вновь.

Слабо доносились до меня звуки земли: рождение и смерть, песни и стоны,  и

вечные вздохи камня. Шли дни и для меня уже не было никакой  надежды...  А

потом прилетел Ветробой. "Видно так уж мне на роду написано,  -  сказал  я

ему, - быть твоей ношей..."

                                                                  “Д. Толкиен.” “ Властелин колец.”                                             

Вам это будет интересно!

Последние новости