Атака под станицей Кущёвской

22.05.2012

Атака под станицей Кущёвской

Сражение, о котором пойдет речь, не зачислено историками в реестр великих. Но не вспомнить о нем нельзя, потому как велика была цена победы.

После начала Великой Отечественной войны, летом и осенью 1941 г. на Дону, Кубани, Ставрополье, Тереке развернулось массовое движение за создание добровольческого казачьего ополчения. В станицах формировались казачьи сотни. Эти казачьи части комплектовались исключительно из добровольцев-казаков непризывных возрастов. Основу её личного состава составили казаки – участники гражданской войны. Развернулось движение за создание казачьего ополчения и на Кубани. На 1 августа 1941 г. в Краснодарском крае было подано 177655 заявлений о приеме в ополчение. В помощь кубанским истребительным батальонам в 27 районах края были сформированы казачьи сотни. На собраниях районных активов принимались решения о создании кубанских казачьих сотен в каждом районе. Сотни заявлений подавались казаками в райвоенкоматы с просьбой зачислить их в кавалерийские кубанские части и соединения, формируемые военкоматами края. В Варениковском районе было подано 128 заявлений бывшими бойцами 1-й Конной Армии, коммунистами и комсомольцами, в Павловском районе – 132 заявления, в Новотитаровском – 120 заявлений и т.д. Правления колхозов выделяли для них лошадей, снаряжение, в колхозных мастерских делали тачанки. Повсюду в казачьих районах шла запись добровольцев в кавалерийские части Красной Армии. 15 октября 1941 г. Краснодарский крайком ВКП (б) обратился в ЦК ВКП (б) с просьбой разрешить сформировать средствами колхозов края три казачьих добровольческих кавалерийских дивизии, обмундировав их в кубанскую казачью форму. Вскоре казакам предстал шанс в очередной раз доказать свою отвагу на поле боя.

Кубанские казаки во время Великой Отечественной войны

Заняв Ростов-на-Дону 23 июля 1942 года, группа армий «A» начала наступление на Кубань. В конце июля 1942 года войска 17-й немецкой армии форсировали реку Дон. После нескольких дней боев советские войска Южного фронта начали отходить. Немецкие войска (17-я армия), не встречая серьёзного сопротивления, стремительно продвигались вглубь кубанских степей. Для того чтобы остановить их продвижение, командующий Северо-Кавказским фронтом С.М. Буденный выдвинул к реке Ея на рубеж Кущевская, Канеловская, Старощербиновская 17-й кубанский казачий кавалерийский корпус в составе 12-й, 13-й, 15-й кубанских и 116-й донской кавалерийских дивизий, танковой бригады Орловского училища. Корпусу поставили боевую задачу: обеспечить отход регулярных частей Красной Армии на туапсинском и моздокском направлениях, чтобы перекрыть врагу все пути на Кавказ. Вдоль железнодорожной насыпи, на линии казачьих станиц Кущёвская, Шкуринская, Канеловская, Старощербиновская, хуторов Бурлаченко, Бобровая балка, Веселый, Буденный, поселка Штейнгардтовский, села Красное был создан Ейский оборонительный рубеж.

31 июля 1942 года, после двухчасовой артподготовки, 196-я пехотная дивизия гитлеровцев предприняла наступление на северную окраину станицы Шкуринской. 12-я кавалерийская дивизия полковника И.В.Тутаринова отбросила противника на исходные позиции. Но это было лишь начало схватки. Против двух сабельных казачьих полков за подготовленной ранее линией обороны располагались 101-я горно-стрелковая дивизия "Зеленая роза" и два полка СС. Против одного артиллерийского дивизиона были выставлены 12 пушек и 15 батарей немцев.

Генерал-майор Н.Я. Кириченко

Из воспоминаний ветерана Кубанского казачьего кавкорпуса гвардии казака Ефима Ивановича МОСТОВОГО:

Николай Яковлевич Кириченко, командующий 17-м Кубанским казачьим кавалерийским корпусом, днем объехал весь наш корпус. Он был немногословный с нами, но речь короткую его я запомнил навсегда.
– Перед нами отборные вояки Гитлера. Горно-стрелковая дивизия «Эдельвейс» с приданными частями «СС». Остановить их не могут. От безнаказанности обнаглели, давно своей кровью не умывались. Вот мы их и умоем.
– ...Покажем этой сволочи, что наши степи – это им не Елисейские поля...

Конную атаку генерал принял решение провести у станицы Кущевской.
Последние слова командира вышли не совсем традиционными:
– Ну с Богом, казаки. За Родину, за Сталина!

Перед сокрушительной казачьей атакой 2 августа 1942 года на рубеже Шкуринская — Кущевская (документальный кадр)

Тут ударила наша артиллерия на подавление. Развернулись и мы для атаки. Пошли по степи лавой. Пошли по старому казачьему обычаю молча, только шашки над головой вращали. Над степью завис зловещий свистящий шорох. И загудела земля от сотен конских копыт. Вот этот звук, увиденная картина немцев, по-моему, и парализовали. Мы мчались на них, а в ответ – ни одного выстрела. Я ничего подобного не чувствовал. Я уже и не слышал ничего, мир вокруг онемел. А нутро разрывала ненависть. Та самая, которая лютой зовется. Я ее даже как-то физически ощущал. Только бы дотянуться до врага, а там уже как придется – клинком его, голыми руками, зубами.

Гитлеровцы пришли в себя с опозданием. Мы уже почти сошлись. Разрывы снарядов начали вырывать из наших рядов людей и лошадей. Один снаряд лег почти рядом, горячая волна упруго прошлась по мне, и все. Я уцелел. А потом я увидел своего фашиста. Они же даже не окапывались, так, залегли в бурьяне. Мой заслонил для меня все, я отчетливо увидел его каску, серые глаза, он щурился, наверное, солнце мешало, мы же неслись со стороны солнца... И без звука забился в его руках, как в падучей, автомат. И он не попал. И тут я достал его, как раз под каску, как учили, тут главное по каске не рубануть. Но и каски у них не у всех были. А потом уже работали инстинкты. Мир то включался, то выключался. Я видел, как винтом вворачивался в гущу гитлеровцев командир другого полка – Соколов. Лучшего рубаку я вообще не знал. Говорили, что в том бою он срубил двадцать врагов. Но, на беду, и его пуля нашла. А потом фашисты авиацию запустили. Да толк-то от нее какой? Мы же такими клубками крутились, так все смешались, что своего положить – очень даже просто. Самолеты начали на бреющем ходить, может, на нервы давили? Да только кому? Лошадям нашим? Лошадей наших этим не проймешь, ну а люди этот рев и не слышали. Тут на земле такая, как сейчас выражаются, кровавая разборка шла... Вопли, стоны, ругань... Гитлеровцы на своем лают, ну а мы кроем их своими «этажами». Были паузы в бою. Мы же врубились в немецкие порядки на несколько километров. На каком-то колхозном стане, помнится, разметали что-то в виде их штаба. Рядом чадно дымили два подбитых танка. Возле танка тлели трупы...

В себя начал приходить возле затянутого зеленой плесенью пруда. Бой закончился, и мы пили застоявшуюся, густую от всякой расплодившейся в ней заразы воду. И ничего нас не брало. Признаюсь, потом, после боя, почему-то лились из глаз слезы. И ничего поделать не мог. Старые казаки успокаивали, мол, после первого раза так бывает. Дотронулся до лица, а оно все в корке из пыли, пота, крови... Крови на нас было много. И на лошадях наших. Долго мылись...

После того боя меж собой мы так говорили: мол, Мамаю давным-давно на Руси Мамаево побоище устроили, а мы Гитлеру теперь – Кущевское. Кавалерийская рубка, конечно, вещь жестокая, да на то и война.

А сутками позже, 3 августа, такую же атаку под станицей Шкуринской повторила 12-я Кубанская дивизия. И еще около 2 тысяч немцев из горно-стрелковой дивизии и полка СС "Белая лилия" навсегда остались в кубанской земле... В сражении под Шкуринской казаки уничтожили 1800 гитлеровцев, захватили 18 орудий, 25 минометов. За четыре дня боёв враг потерял 4000 солдат, свыше 100 автомашин, 15 танков....
В дневнике убитого фашистского офицера была найдена такая запись: «Перед нами встали какие-то казаки. Это черти, а не солдаты. И кони у них стальные. Живым отсюда не выбраться»

Маршал А.А. Гречко писал в мемуарах об атаке 2 августа следующее:

Командир 17-го кавалерийского корпуса генерал-лейтенант Н. Я. Кириченко решил ночным налетом 15-й кавалерийской дивизии во взаимодействии с 216-й стрелковой дивизией овладеть Кущевской. В ночь на 1 августа дивизия произвела налет на станицу, но он оказался безуспешным, так как 216-я стрелковая дивизия в бою не участвовала. В следующую ночь казаки после авиационной подготовки предприняли новый налет силами 15-й, 13-й кавалерийских дивизий и одной танковой бригады. Завязались ожесточенные бои за станицу. Три раза Кущевская переходила из рук в руки. 216-я дивизия и на этот раз не оказала поддержки казакам. В итоге кавалерийский корпус отошел на исходные позиции. В этих ночных атаках на Кущевскую казаки 13-й кавалерийской дивизии уничтожили более 1 тыс. гитлеровцев и около 300 взяли в плен.

В этих первых боях отличились многие казаки: отец и сын Недорубовы, Божко, Рыжов и другие. Константин Недорубов во время Кущевской битвы уничтожил семьдесят фашистов! В первую мировую войну он стал полным Георгиевским кавалером, а за бой под Кущевской получил звание Героя Советского Союза.

Согласно отечественным источникам, 2 августа было уничтожено свыше тысячи человек противника (цифры разнятся от 1 до 5 тысяч). В письме от 5 августа 1942 г. командира корпуса генерал-лейтенанта Н. Я. Кириченко 1-му секретарю Краснодарского крайкома ВКП(б) П. Селезневу говорится: «13-я Кубанская дивизия в своей конной атаке изрубила более 2000 человек». О потерях казаков либо не сообщается, либо говорится, что они были значительны, иногда речь идёт о нескольких тысячах. Существует представление, что командир группы армий «А» фельдмаршал Вильгельм Лист получил от А. Гитлера радиограмму с текстом: «Повторится еще одна Кущёвка, не научитесь воевать, прошагаете в штрафной роте через все Кавказские горы»

А о сражении под Кущевкой молва по всем фронтам разнеслась. Газеты писали, Левитан в сводках «Совинформбюро» рассказывал. А Верховный Главнокомандующий самолично директиву составил, которая обязывала ознакомиться с нашим боевым опытом каждого, кто держит в руках оружие, учиться побеждать на образце казаков генерала Кириченко.

Ну а войну Кубанский казачий корпус закончил под Прагой.

На выезде из станицы Кущёвской на трассу Ростов-Баку в 1964 году поставлен памятник — всадник на вздыбленном коне, с надписью: «Здесь в августе 1942 года стоял насмерть, защищая ворота Кавказа, 4-й Гвардейский Кубанский казачий корпус, удивив мир своей стойкостью и величием духа». В память о погибших в день юбилея Кущевской атаки 04 августа 2007г. на поле недалеко от станицы открыли мемориал казачьей славы. Здесь построена часовня и стена памяти, заложен парк и устроен музей казацкого быта.