Дорога в совершенство

повремени, ну повремени, ну погоди, повернись ко мне, поворотись,
вернись, остановись, посмотри –
я падаю, подойди, ляг со мной на песок,
дай отдышаться, меня ведет, у меня в груди не умещаются выдох-вдох,
пощади, потому что я практически на пределе,
пощади, дай мне день на роздых, день без одышки,
день говорить с утра о малостях, жаться к твоей подушке,
день ухватиться за руки, когда лифт качнется,
день не бояться, что плохо кончится то, что хорошо начнется.
день, только день – и я снова смогу держаться,
только день, – и мне снова будет легко бежаться,
будет как-то двигаться, как-то житься,
как-то знаться, что ты все еще здесь,
в одной миллионной шага, в ста миллиардах лет непрерывного бега,
ты ещё помнишь меня?
ад непройденных расстояний, ад полушага,
ад проходящего времени, следов от его ожога, ад перемен души,
и я все время не успеваю, не догоняю тебя
и не забываю, какой ты был полторы секунды назад,
какой ты был на предыдущем шаге, -
вот что сводит меня с ума, вот от чего я шалею,
я пробегаю пол-души, чтобы оказаться душой с тобою,
чтобы душа в душу,
ты же переворачиваешь душу за этот шаг
и вот я уже дышу, как на ладан,
а ты идешь дальше, даже не понимая, не понимая даже,
и это я не в упрек, это я не имею в виду «не ходи дальше»,
это я просто не понимаю, как мне прожить дольше.
это так надо, я знаю, я понимаю, это иначе не может быть,
но я хочу подманить тебя, какой ты был полторы секунды назад,
это бывает, такая любовь, когда не достать и не дотянуться
сердцем, губами, воплями, пуповиной,
не вообразить себя половиной и тебя половиной,
но навсегда учесть, что воздух будет стоять стеною между тобой и мною.
я понимаю, тут не может быть передышки и никакой поблажки,
потому что это послано не для блажи
и не для двух голов на одной подушке,
но для того, чтобы душа терпела и задыхалась,
но не подыхала, не отдыхала, и поэтому бы не затихала,
и тогда понятно, что мне не положено отлежаться у тебя на плече, отдышаться,
а положено хоть как-то держаться.
я не догоню тебя, не догоню, это, конечно, ясно, не догоню,
но наступит миг – и я вдруг пойму, что дальше бежать нечестно,
потому что если еще хоть шаг – и я окажусь впереди тебя,
ибо все закончится, завершится,
и тогда еще только шаг – и ты останешься позади,
и это будет слишком страшно, чтобы решиться,
испытание кончится, все решится,
можно будет жаться друг к дружке,
есть из одной тарелки,
в зоопарк ходить,
и будет легко дышаться,
только все уже отмечется и отшелушится,
и душа вздохнет тяжело и прекратит шебур-шиться.
никогда-никогда, понимаешь, ни дня покоя, никогда,
испытание – это вот что такое:
это когда ты гонишься,
а потом понимаешь, что вот – протяни и схвати рукою,
только зачем оно тебе такое?
все, что ты должна взять с этого пепелища – это себя,
ставшую только еще страшней и гораздо проще,
все, что ты получаешь в награду за эту спешку –
это не отпуск с детьми и не пальцем водить по его ладошке,
но глубоко за пазухой черные головешки,
это я все понимаю, но пока что у меня подгибаются ноги,
сердце выкашливается из груди,
пощади, пощади, пощади,
потому что я практически на пределе,
пощади, дай мне день на роздых, день без одышки,
пощади, ну пожалуйста,
сделай так, чтобы я до тебя хоть пальцем бы дотянулась,
ну пожалуйста,
просто дай мне знать, что я с тобою не разминулась,
не загнулась пока, не сдалась, не задохнулась!
(с)(изменено)

Вам это будет интересно!

Последние новости