Дорога в совершенство

Люди, окружающие меня, словно разделились на две группы.

Первые считают что я стала слишком колкой,циничной и злой,вторые – что влюбилась.

Истина где-то рядом

Ведь не живу,только делаю вид

Спасибо Саша>за честность

Спасибо Вова>за улыбки

Я не умею вести дневники. Просто набор мыслей,ощущений,впечатлений,переживаний. По-моему это важнее событий.хотя только благодаря им все эти переживания,мысли,ощущения и появляются.

Очень хочется английской литературы.Пожалуй, Оскара Уайлда..

Хм.пусть будет «Звездный мальчик» есть у меня такой один...

...Наконец,  они  выбрались  из леса. Далеко внизу, в долине, они увидели огоньки родной деревни. Дровосеки расхохотались  от радости.  "Вон  где  наш  дом!"  --  повторяли  они, и неуклюже хлопали друг друга по плечам.

      Но потом они вспомнили, что  ждет  их  дома,  и  им  стало грустно.  "Тут  не  до веселья, -- сказал один из них. – Жизнь устроена для богатых, а не для таких бедняков, как мы. Лучше бы мы замерзли в лесу, или нас задрал бы шатун."

     "Ты прав, -- ответил второй, -- у одних все, у  других  -- ничего.   Вокруг   одна   ложь,  и  все,  кроме  горя,  делится

несправедливо."

      Пока они  так  сетовали,  на  темном  небосводе  случилось что-то  необыкновенное.  Яркая  красивая  Звезда  сорвалась  со своего места, и покатилась на землю.

--------------------------

Сегодня дождь был.сильный,но короткий.а я сидела на геометрии на третьем ряду и даже не смогла как следует его разглядеть.первый дождь.знаете чем дети отличаются от взрослых? Чаще улыбаются. искренне. «Так,успокоились.у нас еще 10 минут до конца урока,а то сейчас вы решать пойдете.» или помню реакцию историка бывшего на первый снег «Ну и что что снег.снега не видели?»   А знаете да.давно это было. и каждый раз,как в первый.красиво ведь.и важно.

А между тем дети с добрыми сердцами сидят и улыбаются.счастливыми улыбками.

А после дождя солнце.яркое и слепящее.выхожу в голове But I'm a creep, в глаза прямой, поражающий луч света I'm a weirdo, головокружение What the hell am I doing here? счастье-боль I don't belong here.

очень,конечно.

и состояние,и песня,и Том Йорк, и голос его, и текст, и музыка. я чувствую себя человеком,когда радиохед слушаю. )

а вообще день больше наполнен не событиями,а размышлениями. Хотя событий я очень жду.жду завтра.жду субботы и воскресенья.

Оу, я как раз забыла позвонить..

В общем я ухожу на кухню.ближе к оранжевому дивану.

Пусть в комнату впускаю холод, зато оставляю здесь Тепло.

Вам это будет интересно!

Последние новости

Ночью становится особенно тяжело и тошно.
Но никогда нельзя отказываться от своей мечты и любви, и от всего того, что делает счастливыми.
_______

Когда-то давным-давно на берегу моря жила девушка по имени Малиль. В доме из темного дерева, с большим окном, выходящим на океан, запахом прилива и апельсиновым деревом на широком подоконнике. Малиль расшивала платья мелким жемчугом и плела блестящие тонкие кружева с перламутром. Сотни красавиц принцесс во дворцах и добрых фей лесов и гор, сами не зная того, носили шелковые платья с подолами, расшитыми жемчугом Малиль. Сама же девушка с детства жила небогато, на верхнем этаже их дома селились жильцы, внизу кипела кухня. Так родители зарабатывали на жизнь. Увидев что на дочь засматриваются постояльцы моряки, мать Малиль, когда девушке исполнилось шестнадцать, отселила ее, доверчивую и пугливую, в отдельную постройку - домик ближе к берегу моря, где девушка была в безопасности. Она на редко виделась с людьми, была молчалива, и мать, сама несчастная в браке, была уверена, что будучи в отдалении от общества, дочь, дни напролет занятая делом, не влюбится и не полюбит раньше срока, не выйдет замуж и не сбежит из родного дома с моряком за океан. Ведь, будь так,  пропадет за мелкую монету ее дар расшивать ткани и кружева.
ВедьМалиль была прекрасная мастерица. Ее кружева перепродавались в столицу. Но вот о том, что их перепокупали тщестлавные придворные портные и выдавали за свое искусство - об этом никто не знал.
Мать же, несмотря на принятые ею меры, любила Малиль, пусть и по-своему.
Но все же было что-то в облике Малиль, что явственно говорило, что она несчастна.
Малиль была молчалива. Редко улыбалась. Редко пела. Часто сидела вечерами, когда из-за сумерек нельзя было прясть, на берегу и смотрела на чуть золотящийся горизонт. И никогда не смеялась
Сказали бы ей, что она будет счастлива - Малиль не поверила бы. Ее жизнь, казавшаяся ей отчего-то бессмысленной и одинокой. Что могло быть хуже?
Что могло ее порадовать? Ни новые нитки, ни тонкий узор, ни цветущее дерево на окне, ни птицы в цветах за окном, ни красная вишня, ни новая парча и новое алое платье и тонкий лиловый покров. Зачем ей платья, корзинки с фруктами и белая постель? Когда там, в городе кошачьими глазами горят огни и играет музыка, танцуют девушки в красных платьях с звенящими монетками, играют музыканты и смеются матросы, а у Малиль глаза потухли от жемчугов?
И жемчуга ей не нужны. Разве что море, куда за ними ныряют, и голубой океан, и те дни, когда странники, приносят, завернутыми в ткань, крупные и мелкие, голубые, розовые, белые, зеленоватые и нежных цветов ночи и заката перламутры и жемчужины, и в подарок рассказы о дальних странах, где красавицы живут в гаремах, звенят фонтаны и происходят чудеса.
Но больше всего Малиль любила те дни, когда в порт с гулом волн и шумом, и зычными гудками заходили торговые корабли.
Они приносили на своих парусах счастье, но Малиль ничему этому не верила. Чего ждать от океана?
Она не знала, чему улыбаться.
Так прошло несколько лет в этом доме.За это время трактир ее семьи заколотили и продали. Старики -родители стали жить еще дальше, читая в уединении книги..
Лишь в домик Малиль продолжали ходить странники и менять жемчуг и раковины на богатые и шитьем Малиль украшенные ткани.
Однажды ей не принесли жемчуга.

__
Продолжение...

Последние новости

Создание телефонного звонка больше не должно вызвать в воображении видения операторов, соединяющих кабели вручную или даже электрических сигналов, заставляющих реле щелкать в место и связи эффекта во время вызова номера. Телефонная система теперь - только многоуровневая компьютерная сеть с выключателями программного обеспечения в узлах сети к маршруту, призывает к их предназначению. Главное преимущество состоит в том, что запросы проходят намного более быстро и надежно чем они сделали в прошлом. Если бы один узел, через который обычно разбивался бы запрос по пересеченной местности, очень занят, альтернативным направлением можно заменить. Неудобство - потенциал для драматических и широко распространенных отказов; например (как случился), плохо разработанное направление и протокол управления потоками могут вызвать звонки в цикл неопределенно среди узлов, не достигая их предназначения, пока некоторые радикальные меры не взяты администратором системы.

Что такое 1с обновление через интернет? Сейчас это можно сделать очень быстро и очень просто! Ведь это совсем не проблема! Сейчас вы должны будете посетить сайт и специалисты компании помогут вам с обновлением быстро и не только! Всё интересное и более менее полезное вы конечно можете найти тут. Вы давно занимаетесь 1с бухгалтерией, и вам понадобилась консультация? Легко! Обратитесь в компанию и вы пройдёте инструктаж! Специалисты также смогут выполнить вашу работу удалённо быстро и качественно, которую вы затруднились выполнить! Я испробовал этот способ и мне они очень помогли специалисты! Вы владелец крупного предприятия? Это очень хорошо.Доверьте бухгалтерию специалистам компании Интелав! Вы останетесь непременно довольны, т.к работа будет выполнена на высочайшем уровне! Специалисты гарантируют высокое качество работы!

Вам нужен программист 1с удаленно? Вы владелец крупной компании, которой требуется квалифицированный специалист? Не проблема! Обратитесь в компанию Интелав! Специалисты данной компании помогут вам в короткие сроки и вы непременно останетесь довольны, т.к ! Посетите сайт и специалисты компании помогут вам с обслуживанием и с удалённой работой! Всё интересное и полезное вы конечно можете найти на сайте компании. Вы давно занимаетесь 1с бухгалтерией, но у вас возникли проблемы. Не страшно! Вам понадобилась консультация? Легко! Обратитесь в компанию и вы пройдёте инструктаж! Они также смогут выполнить вашу работу, которую вы затруднились выполнить! Чем быстрее вы обратитесь к ним, тем быстрее они вам помогут!

Последние новости

Есть у меня такой сон, один из многочисленных снов на тему моей реки. В первый раз он приснился мне очень давно и снился потом несколько раз, чуть-чуть меняясь от сна к сну.

Широкая река (одна из вариаций Оки около плотины, только гораздо шире и больше, как всегда во снах). На дне стоит огромное бетонное сооружение, что-то вроде опоры для моста, только она ничего не подпирает и размером гораздо больше. Выглядит это как усечённая пирамида, то есть большая квадратная площадка и под воду уходят расширяющиеся грани.  Она выступает из воды на чуть-чуть, не более, чем на метр. Я стою на ней. Никаких мостов и вообще связи с берегом нет, вообще вида берегов не помню, никого поблизости нет, я одна. Несколько точек зрения, обычные для моих снов: вид из собственного тела (как в реале), точка зрения над своим телом (метрах в пяти над собой) и панорамное многомерное зрение с большой высоты.
Я стою на краю этой бетонной конструкции. Рассматриваю её, много мелких деталей: очень старый бетон, местами он выщербился, выступающая арматура - крючки и металлические штыри - заржавели, под воду ведёт какая-то ржавая лестница из скоб; бетон уходит в зеленоватую тёмную холодную речную воду, смотреть туда тревожно - бетон в водорослях, весь выветренный, в тине, в какой-то подводной слизи, как всегда бывает на опорах мостов, например; а потом - тёмная вода, ничего не видно. Сверху я смотрю на себя на этой конструкции, я кажусь очень маленькой, конструкция - надёжной, но очень старой, почти древней, отжившей свой век, а река - огромной и сверкающей, и живой, очень живой.
Потом начинается ветер. Сначала неуверенный, потом всё сильнее и сильнее, рваный, яростный, стремительный ветер, какой бывает ранней весной у реки. Потом он усиливается настолько, что становится почти невыносимым, он тугой, жуткий, безумной силы, но я становлюсь для него прозрачной - он продувает сквозь меня, и я почти не ощущаю его, а только вижу, что всё в мире от этого ветра начинает меняться. Река приходит в движение, по ней идёт лёд, он ломается, вода начинает прибывать. С одной стороны, мне очень страшно, потому что я отчётливо понимаю, что это конец. У меня даже нет обычного для случаев близкой смерти чувства несправедливости конца ("что, прямо сейчас? вот прямо так?") - я понимаю очень отчётливо, что да, это смерть, вода быстро прибывает, меня смоет ледяной водой и утащит под лёд, от меня ничего не останется, и на помощь звать совершенно некого и до берега очень далеко. Но сильнее этой обречённости во мне всё больше поднимается - как бы это назвать - не восторг даже, для восторга слишком страшно, а это сильное ощущение, что всё идёт правильно, всё как надо, именно так и должно быть, что не случайно именно мне дано увидеть напоследок вот это, невообразимое, окончательное - немыслимый потусторонний ветер и огромная, живущая в полную силу вода. Человеку в жизни не дано, не полагается такое видеть, а мне напоследок позволили. И вот я среди ветра и воды, и я такая маленькая и понимаю, что всегда была маленькая и сейчас от меня ничего не останется и это будет очень справедливо. Вода уже захлёстывает бетон, и тут я замечаю, что льдины подходят к моему островку довольно большие и кажутся на вид крепкими (может быть, удастся добраться по ним до берега?) - и пробую льдины, а они, такие крепкие на вид, сразу рассыпаются, стоит их только коснуться. И в конце концов я перестаю их трогать, и смотрю на всё с высоты - огромная, бегущая, меняющаяся, сверкающая река (чем-то напоминает финальные кадры "Мертвеца"), наполовину скрывшаяся под водой бетонная площадка и маленькая фигурка меня на ней - и мне становится тошно и стыдно, только я не понимаю, какого поведения от меня на самом деле ждали в этом последнем экзамене - то ли зря я начала суматошиться перед лицом очевидной смерти, когда стоило просто всё отпустить и просто посмотреть на всё напоследок; то ли наоборот, от меня ждали героических попыток спастись, а я так и не нашла какой-то способ сделать это - непонятно, тошно, тоскливо и стыдно, и выхода нет, и совсем скоро умирать, вот прямо сейчас, а я - глупая, маленькая и с пустыми руками.

Это частые мотивы моих снов - текущая вода, река, безвыходность (рухнувшие лестницы, недостроенные мосты).
Но я сейчас не об этом.

В последнее время всё сильнее ощущение, что вот вроде бы живу, всё происходит и меняется, а на самом деле я просто стою на бетонной площадке, совсем одна, и мимо проплывают льдинки, и я малодушно пытаюсь на них спастись, и все, какую ни тронь, рассыпаются - ничего настоящего, и всё только кажется. И непонятно, как оно дальше и что тут вообще надо делать. И от блеска бегущей прибывающей тёмной воды кружится голова.

Последние новости

Я уже как-то говорила, что я почти никогда не вижу стандартных человеческих кошмарных снов. В детстве я не любила ужастиков и рубильно-убивательных компьютерных игр, с маньяками мне тоже пересекаться не довелось, дикие звери на меня не нападали, поэтому стандартные кошмары с погонями, убегалками, прятками, попытками меня схавать, апокалипсисами и прочими вкусняшками мне не снятся, а уж если за мной кто-нибудь и гоняется, то очень как-то вяло, без куража, и пробуждений в липком холодном поту, как правило, не вызывает.
За отсутствием правильной базы для кошмарных снов подсознанию приходится изворачиваться и искать потаённые вещички в глубинах. Самые кошмарные мои кошмары редко бывают сюжетными, а самое страшное в них, после чего вскакиваешь с колотящимся сердцем и даже думать боишься о том, чтобы заснуть обратно, трудноописуемо. При передаче человеческими словами оно теряет большую часть своей жути и часто выглядит довольно забавным.
Один из самых любимых сюжетов моего подсознания - это показывать мне убийство, причём убиваю я. Один раз в моей квартире очутился Чарльз Мэнсон, он был с пистолетом и предложил мне убить его выстрелом в лицо. Я отказалась, он ушёл в другую комнату и выстрелил себе в лицо, а потом пришёл опять - у него вместо лица было уже что-то трудноописуемое, и он этим трудноописуемым улыбнулся и снова протянул мне пистолет, потому что правила игры были такие, что убить его могла только я. Я завопила от ужаса, а он приставил себе пистолет к скуле и снова выстрелил, и опять выжил - демонстрировал мне, что сам он не может, я должна это сделать. И опять даёт мне пистолет, а он весь в крови, его и брать теперь жутко, и выбор - либо оставить его мучиться, либо уж добить (а вдруг и от моей руки не помрёт, тогда что?). Или другой сон: я иду по весенней улице с размытым небом по каким-то деревянным тротуарам и вдруг обнаруживаю под одним из них мёртвую человеческую голову. Почему-то так получается, что я понимаю, что если я не отыщу остальное тело и настоящего убийцу, то подозрение падёт на меня. И весь сон я лихорадочно пытаюсь отмазаться. Получается плохо. Это я догадываюсь, что имеет в виду моё подсознательное - комплекс вины царапается изнутри, хе-хе...
Не так давно мне приснилось, что я вынимаю из комода и ем сырым эрегированный МПХ, да так натуралистично - рвущаяся под зубами кожа, горячая солёная кровь, текущая по рту в глотку. Как проснулась, целый день потом тошнило.
Сегодня же во сне я была вынуждена делить жилплощадь с каким-то приезжим стрёмным студентом. Мы её не поделили, он на меня наезжал и вообще вёл себя как-то бесчеловечно. Следующий кадр - я вижу себя со спины, как я стою у плиты и что-то переворачиваю на сковородке. Приближаюсь и вижу, что лицо у меня злое и заплаканное, а в сковородке - рука этого чувака, отрезанная вместе с плечом, вся в крови и с содранной местами кожей, сочащаяся какой-то мерзкой сукровицей, и я пытаюсь её пожарить. При этом у меня в голове отчётливые воспоминания, что это уже второй убитый мною человек, которого я зажариваю (собираюсь съесть что ли??) - а до того это была ещё какая-то толстая девушка с отвратительным характером, и её фотография теперь висит на видном месте.
Что ж за хрень-то такая, блин.

Последние новости

Последние новости

Когда коммунизм стал распадаться, бывший американский президент Буш популяризировал концепт о «новом мировом порядке». Однако, как нашли многие политические лидеры, декларировать лозунги легко, но осуществить положительные изменения намного труднее. В книге «После падения — стремление к демократии в Центральной Европе» (англ.) Джефри Голдфарб пишет: «За безграничной надеждой на „новый мировой порядок“ последовало скорое понимание того, что древнейшие проблемы все еще с нами, и порой они больше, чем можно ожидать. Эйфория освобождения... часто омрачается безвыходностью чрезвычайного политического напряжения, национальными конфликтами, религиозным фундаментализмом и полным экономическим упадком». Гражданская война в бывшей Югославии безусловно является ясным примером разделяющего влияния политики, религии и национализма.

Голдфарб продолжает: «Ксенофобия [навязчивый страх перед незнакомыми лицами] и личная небезопасность стали реальностью в Центральной Европе. Демократия не предоставляет автоматически экономических, политических и культурных преимуществ, и рыночная экономика обещает не только богатства, — она создает также огромные проблемы тем, которые не знают, как пользоваться ею».

Но ясно, что это проблемы не только Центральной Европы и республик бывшего Советского Союза — ксенофобия и экономическая нестабильность встречаются во всем мире. Человеческая семья расплачивается ценой горя и смерти. В ближайшем будущем нет надежды на изменение этой глубоко укоренившейся позиции, вызывающей ненависть и насилие. Но почему же это так? Потому что воспитание — родителями или школьной системой, одобряющей и поддерживающей национализм — внушает детям ненависть, нетерпимость и убеждение в превосходстве, основанном на национальном, этническом и родовом происхождении или языке.

Национализм, который еженедельный журнал «Эйшауик» назвал как «Последний мерзкий „изм“», является неизменным фактором, продолжающим вызывать ненависть и кровопролитие. Журнал утверждает: «Если гордость быть сербом означает ненавидеть хорвата, если свобода для армянина означает жажду мести по отношению к турку, если независимость зулуса означает порабощение коса и демократия для румына означает изгнать венгров, тогда национализм показывает уже свой мерзкий оскал».

Это напоминает нам то, что сказал однажды Альберт Эйнштейн: «Национализм — детская болезнь, корь человечества». Рано или поздно, почти каждый заражается ею и она распространяется дальше. Английский историк Арнолд Тойнби в 1946 году писал: «Патриотизм... очень часто заменял христианство как религию Западного мира».

Имеется ли в данных условиях какая-либо надежда на изменение человеческого поведения? Некоторые говорят, что этого можно достичь только радикальным изменением воспитания. Экономист Джон К. Гелбрейт писал: «Общий прогресс определяют люди. Поэтому... не может произойти улучшения, если сами люди не станут лучше, и напротив, успех будет несомненным, если люди станут либеральными и просвещенными... Самое главное... преодолеть неграмотность». Какая же есть надежда на то, что мировая система просвещения когда-либо научит любви и терпимости, вместо ненависти и недоверия? Когда же укоренившиеся племенные или этнические враждебности заменятся доверием и пониманием с сознанием того, что все мы относимся к одной человеческой семье?
"Пробудитесь" 1993

Армяне и greki

В воскресенье в Храме Гроба Господня в Иерусалиме в результате потасовки между представителями греческой и армянской церквей несколько человек получили ранения. Двое наиболее активных участников драки были задержаны израильской полицией.

Это уже не первый инцидент такого рода - в апреле этого года на месте распятия Христа тоже был конфликт. Священнослужители разных конфессий, между которыми поделена территория Храма Гроба Господня, в течение многих лет не могут договориться о порядке проведения обрядов и доступе к главным христианским святыням. В Храме тесно, что и приводит к недоразумениям и конфликтам, однако, отмечают эксперты, налицо и напряженность в отношениях между церквями, делящими Храм между собой.

Историк религии, доцент РГГУ Борис Фаликов не склонен видеть только бытовую подоплеку в этом скандале.

- Чисто бытовым образом объяснить инцидент сложно. Это же не коммунальная кухня. Христианские святыни на Святой земле в середине XIX века были поделены между разными христианскими конфессиями. Там и греко-православная церковь, католическая, армянская, сирийская, эфиопская. Почему-то скандалы происходят между греками и армянами. Представители армянской и греческой церквей не могут мирно разойтись, обвиняют друг друга в том, что они мешают проводить друг другу ритуалы. Многие церкви, православные, по крайней мере, очень часто выдвигают национальный фактор на первый план. Отсюда и разногласия. Так-то православным подраться с православными было бы сложно, а так дерутся православные греки и православные армяне. То есть, видимо, священнослужителям этих церквей надо было больше обратить внимание на то, что паства так легко впадает в национализм. Это является причиной конфликтов.

- Все-таки речь идет о святыне. Почему же не удается договориться о проведении обрядов так, чтобы одна конфессия не мешала другой?

- Не удается выработать консенсус не только из-за бытовой тесноты. Там довольно тесно, это правда. Но все-таки при взаимном расположении и если бы там присутствовал христианский дух согласия, то наверняка смогли бы что-то найти. Причина в национализме, который оказывается сильнее христианского единства.

Вам это будет интересно!

Последние новости

недавно нарыл...прочитайте полностью... реальная тема

Это не веселая история, но очень жизненная. Читать рекомендуется до конца, а
если вы уже читали ее то не полинитесь прочитать еще раз потому что речь идет о
самом дорогом человеке для каждого из нас.

Мама купила мне велосипед. Я прыгал вокруг нее как ребенок. Да я и был ребенком
шести лет. Немного оседлав свой восторг я отошел в сторону:
-Спасибо мама, как-то застенчиво сказал я.
Да, я никогда не был ласковым ребенком. Чтобы там обнять и поцеловать,
прижавшись к ней. Никогда.
-И в кого ты такой неласковый, улыбаясь говорила мама.
-Ну мам,- я же ласков с девочками, меня даже Ленка вчера поцеловала.
-Эх ты,- обхватив мою шею и теребя мои волосы - ответила она.
Вырвавшись из ее объятий, сверкая пятками я бросился поделиться этой поистине
радостной новостью с пацанами.

Как неумолимо бежит время. Казалось, еще вчера играли с ребятами в прятки, были
разбойниками и казаками. Бродили, бегали беззаботными глазами погороду.
Рассматривали прелести девочек в подъездах.

-У меня шоколадка есть. Вот так вот.
-Сереженька, а ты мне дашь половинку,- верещала Светка.
-А ты мне покажешь свою пипиську,- отвечал с полной серьезностью этого вопроса
я.
-Ух ты!!!-лишился я половины сладкого какао.
-А потрогать можно?- застенчиво вопрошал я.
-Тогда вся шоколадка.
-Давай.

Прятки остались, но сейчас я уже прячусь не от Кольки из семнадцатой и не от
Ленки из двадцать пятой. Прячусь от книг, от профессора нашего университета,
также спрятавшего свой хитрый взгляд за толстым стеклом в костяной оправе, от
проблем быта.

Уже и деревья кажутся не такими большими, и ноги, в этих смешных сандалиях,
превратились в мужскую ступню сорок четвертого размера. Лишь какие-то
воспоминания.
Помню лишь свои слезы. Мама сняла ремень со стенки.
- Мама, не надо.- Ну за что, они сами не отдавали свои игрушки.

Помню дядю милиционера, который к нам приходил, по поводу этого так сказать
маленького проступка. У маленьких - маленькие проступки.

-Ну мама, за что?- голосил я на весь дом.
-Что же ты делаешь негодник?!
-Тебе мало игрушек?
-Я тебе в чем-то отказываю, в твоих прихотях,- кричала мама, меняя фразы с
кожаным ремнем.
-Да как ты мог ударить по голове кирпичом Колю.
-А Лену? - Зачем ты ее тащил за волосы по всему двору? Это же девочка.
Я был заперт в комнате.
Ну да ладно, все уладилось. Все потом помирились: Эх детство.

Да, все изменилось. Все стало казаться с другой точки зрения. С более взрослой.

Дядя милиционер с усиками - стал ментом. Светка с Ленкой поменяли свои детские
формы. Теперь уже не проходил шоколадный бартер. Да и мои желания возросли.

Мороженое с лиманадом поменялось на водку с пивом. Теперь за свои поступки я
должен отвечать сам, самостоятельно. Взял академ, чтобы из универа не выгнали.
Это как в том анекдоте:
-А ты что развелся то?
-Плохо что ли готовила?
-Да нет. За непосещаемость.

За все нужно платить. Платить самому. Вот в этом я не хотел взрослеть ни капли.
Я взрослый, я решаю свои проблемы сам; я пью с кем хочу, я приду во столько, во
сколько мне это заблагорассудиться.
Я взрослый настолько, что могу сказать без зазрения совести. Назвать ее на.
-Слышь, мать - дай мне пять сотен.
Дает. Иду на день рождения к Ленке.
-Когда вернешься?
-Не знаю мам. Может завтра вечером.
Пришел через два дня, не один. С Ленкой. Мамы не было дома. Сразу на кухню.
-Бля: Даже поесть не оставила. Сложно что ли. Поворачиваюсь к шкафу.
Записка: Я до вечера среды в командировке.
-Деньги в моей тумбочке. Целую. Не баловаться.
Пошел, нет, рванул со скоростью света в ее комнату. Глаза прокрутились - три
семерки вместе с носом. Две штуки. Так-с. Сегодня суббота, полдень. По пять
сотен на день. До вечера, до среды.
-Ленка,- живем.

-Привет мать. Как дела?
-Сам то как?
-Нормально все.
-Мам ты же знаешь Ленку. Так вот. Она теперь будет жить со мной, в моей
комнате.
::. ?
Ленка появилась вовремя, выручила от ответа на ненужные вопросы.
-Так-с.
-Хоть вы и знакомы, вот мам - моя девушка.
-Здраствуй, наигранной улыбкой, поприветствовала ее мама.
-Здраствуйте, тетя Катя.
-Мам, мы гулять пошли.
-Когда придешь?
-Когда придем?- Ну: не знаю, но не жди. Может опять поздно.
-Нет мам,- она будет со мной.
-Все мам, я не хочу с тобой больше разговаривать,- сказал я закрывая дверь в
свою комнату.

-Денег тебе?
-А за что?
-Мам, хорошь прикидоваться. Ты никогда не спрашивала.
-Нет мам.- Я не наркоман.
-Не дашь?!
-Хорошо.- Нет так нет.
-Я ухожу из дома.
-Покушай хоть на дорожку,- съехидничила мать.
-Да пошла ты, хлопнул я дверью.
Улица приняла меня потоками ливня. Мокро, холодно, хоть и лето.

Ленка дура. Что еще сказать. Да, мама у меня бывает немного резкой. Но зачем
бежать от меня, тогда, когда мне больше всего нужна поддержка.
-Сама ты мама- дура.
-Хорошо.
-Да, да я пойду к друзьям.
-Все пока.

Куда-то сразу подевались те, кто называл меня своим другом. Когда я остался
один, без денег, без крыши над головой, под которой всем и всегда так хорошо
пилось пиво, съедалось множество бутербродов. Где все? Наверное, тогда я понял,
что друзей не может быть много.
Ленка ушла: Увы. Не посчитав меня за грош. Все ушли. Я один. Да будет - вперед!

-Серега,- ты понимаешь,- мать приехала с отдыха,- отзвонил мне на телефон
Ромка.
-Б&я: опять движение сумки. Опять туда. В неизвестность.

-Привет.
-Привет.
-Ты что такая грустная?
-Скучаю.
-Я тоже.
-Лен, а я квартиру снял.
-Ага, работаю на Вднх, продавцом-консультантом.
-Зарплата какая,- с улыбкой повторяю ее вопрос. Ну на ужин при свечах хватит.
-Придешь?
-Позвони ближе к вечеру.
Как мне нравится, когда она улыбается. Как пахнут ее волосы. Как она смущается,
когда я рассматриваю ее в душе. Все стало на круги своя.

Прошло пол года. Все в одинаковом темпе. Девушка, работа, съемная квартира.
Восстановился в универе.

-Алло девушка, да, я по объявлению насчет работы.
-Нет, незаконченное высшее.
-Не подхожу?
-Нет.
-Спасибо.
-Алло.
-Да, по объявлению.
-Нет, незаконченное высшее.
-Извините.
Что не говори, ученье - свет. Не всю же жизнь объяснять гражданам, чем
отличается этот комбайн от этой прекрасной мясорубки. Без вышки никуда.

-Алло, Серега, здорово. Как дела?
-Здорово Ромка, да нормально все. Сам как?
-Может вечером пивка?.
-Ок. Давай.
-Да, Серега, давай только без девчонок.
-Ок.
-Все, на Первомайской в восемь.

-Да, четыре кружки.
-Мне мать твоя звонила, отхлебывая пиво,- говорит Ромка. Спрашивала, что да
как.
-Ну и?
-А я что. Сказал все как есть.
-Сам ты дурак. Что тебе стоит. Позвони да помирись.
-И что?!
-Что, что. Скучает она, волнуется. Как никак, шесть месяцев тебя не видела.
Это твоя мать, понимаешь, твоя. Одна, единственная.
Напились.

-Привет.
-Здраствуй.
-Сереж, мне Ромка дал твой телефон, мобильный ты игнорируешь.
-Мам, оставь меня в покое. Что опять? Чем я тебе опять мешаю? У меня своя
жизнь.
-Ты мне никогда не мешал и не мешаешь. Ты не забыл, у тебя завтра день рождения.
Придешь?
-Нет мама. Все хватит.
-Прости меня, сына,- опустилась в голосе мама. Если я тебя чем-то обидела -
прости.

Наверно я все-таки не совсем бесчувственный. Воздержался от грубостей.

-Ну что? Придешь? приедут.
-Посмотрим, мам.
-Можешь взять свою пассию.
-Пока.

Сколько раз слышал трель родного звонка. Сейчас все для меня как будто вновь.
Испарина на руках и на лбу.
-Что ты нервничаешь,- поддевала меня Ленка.
Тру руки об джинсы. Нет бы поддержать, а она подкалывает. Молчу. Шелчок.
-Привет мам.
-Здраствуйте тетя Катя, с именинником вас,- поздравляет Ленка.
-Привет. Поздравляю тебя.
-Спасибо мам, с неохотой отдаваясь в ее объятия,- выдавливаю я.

Гости-родственники, выпивка, домашняя еда, приготовленная мамой, улыбки,
поздравления - как же все это здорово. Опять воспоминания унесли меня куда-то в
детство.
-Сереж,- сказала мама, выдернув меня из воспоминаний. Сегодня твое
восемнадцатилетие. Ты стал уже взрослым, как я давно это хотел услышать, мама
перевела дыхание. Хоть мы и живем раздельно, мне тебя очень не хватает.
Если я и была неправа когда-то, прости меня пожалуйста.
-Мам!
-Не перебивай сынок. Я не хочу чтобы ты слонялся где-то, и этим подарком, я
выражаю свою любовь.
Звон стекла, присоединения остальных к тосту. Я развертываю коробочку с
подарком. Ключи. Мама подарила, квартиру, на одной лестничной клетке, рядом,
рядом с ней. Обвожу глазами гостей.

-Извините меня,- с комком в горле обращаюсь ко всем. Я сейчас,- выхожу на
балкон. На глаза накатываются слезы. Скурив две сигареты, возвращаюсь.
-Спасибо мама,- как обычно сухо говорю я.
Переехали.

Заканчиваю третий курс, работа отличная, своя квартира, девушка, которую, как
мне кажется, люблю больше всего на свете, полный достаток, что еще нужно в
двадцать лет.

На протяжении двух лет почти и не общались-то с ней, так если только, по
мелочам. Но я все равно знаю, что ей было приятно, зная что я под боком, рядом.
-Привет мам, есть что поесть- с голодным взглядом бежал я на кухню.
-А что, твоя не готовит?
-Мам, хорош заводить старую песню.

-Алло, Сергей,- это вас Евгения Николаевна беспокоит.
-Да, что случилось?
-Сергей,- мама в больницу попала.
-Что, что случилось?
-Когда скорая забирала, сказали что инфаркт.
-Алло, Николай Иванович,- это Сергей, мама в больнице, я прерву командировку.
-А что случилось?
-Я и сам толком не знаю. Позвонила соседка, сказала что скорая забрала с
показанием на инфаркт.
-Да, давай, вылетай.

-Вы кем будете?
-Сын я.
-Я главврач, Сергей Александрович.
-Очень приятно, тезка.
-Да, инсульт.
-Это серезно?
-Да. Парализовало конечности.
-Сложно сказать сколько. Сейчас ей нужен только покой и уход.
Захожу в палату.
-Ей сделали укол снотворного,- говорит тезка. Надо, чтобы она хорошо выспалась.

-Привет мам. Проснулась. Ну не плачь. Все будет хорошо. Почему не можешь
двигаться? От усталости.
-Что со мной. Сереж, скажи правду.
-Мам у тебя был инсульт , парализовало конечности.
-Нет мам, доктор сказал, что все можно восстановить. Физические процедуры.
Отдых. Свежий воздух.

-Мам, а давай на дачу махнем все вместе, сказал я вечером уже дома.
-Давай, только можно тебя попросить без Лены.
-Хорошо мам,- не стал спорить я.
В дверь позвонили.
-Здравствуйте Николай Иванович. Проходите.

Николай Иванович, одноклассник мамы, на данный момент директор банка, в котором
я работаю. Опять спасибо маме, пристроила.

-Налей в вазу воды.
-Привет Катенька. Как ты?
-Да как. Сам видишь, но обещали что поправлюсь.
-Спасибо за цветы,- улыбнулась мама.
Я вышел на балкон, покурить.

-Серега,- прервал меня от моих размышлений Николай Иванович. Мама сказала, что
вы на дачу хотите съездить.
-Ага, только ведь на работу надо.
-Ну, насчет работы ты можешь не волноваться. Поезжайте. Ей сейчас отдых нужен.
Побудь рядом с ней хотя бы недельку.
-Спасибо Николай Иванович.
-Ладно, давайте, аккуратно там. Я к выходным заскочу. Да, кстати, поедем ко мне,
я тебе кресло инвалидное дам. Жена умерла, а кресло осталось. А то сам знаешь, в
наших больницах ничего не дождешься.

Договорился с Евгенией Николаевной, медсестра с тридцатилетним стажем, да к тому
же наша соседка, будет присматривать за мамой, на время моих командировок.
-Лен, ты давай тоже, не ссорьтесь только. Ты же знаешь, маме сейчас нельзя
волноваться. Заходи к ней почаще. Меня целый месяц не будет. Все, давай, мне в
аэропорт надо.
Захожу в мамину квартиру.
-Да мам, на месяц. Это важная для нас поездка. Ну все, давай. Смотри аккуратно
здесь без меня. И с Ленкой не ругайтесь, тебе нельзя волноваться.
-Не подходит она тебе.
-Мам, все, давай не будем. Я пожалуй как-нибудь сам разберусь. Ну все, я
побежал. Целую ее в щеку.
-И тебе удачи.

Оставалось последнее совещание. Побрившись, спускаюсь в гостиничный кафе-бар,
завтракаю. Какое-то непонятное ощущение внутри, в груди. Сердце сжимается.
-Алло, Евгения Николаевна, у вас все нормально. Как мама?
-Нормально все, не беспокойся. Спит она. Я только ей укол сделала.
-Да, сегодня вечером прилечу. Ну все, до свиданья. До вечера.

Как же долго тянулся этот месяц. Ну вот и все, последнее совещание окончено, мы
получили этот кредит. Все, осталось только забрать из гостиницы вещи, перекусить
и в аэропорт.
-Алло Сергей. Это Евгения Николаевна.
-Что, что случилось?
-У мамы был повторный приступ. Врачи не стали забирать ее в больницу,сказав, что
передвигать ее очень опасно. Поставили капельницу. Сейчас вот только доктор
уехал. Давление стабилизировалось.
-Спасибо вам, что позвонили. У нас нелетная погода, отложили рейс на три часа.

-Девушка, милая, ну может можно что-то сделать. У меня мама при смерти.
-Я сожалею молодой человек, но от меня ничего не зависит. Все рейсы отложили.
Посмотрите погода какая.
Молча сижу в баре, пью, пускаю дым в потолок. Наконец-то объявляют рейс.

-Как это случилось?
-Сергей, не хотела говорить, но: Она сидела у окна, воздухом дышала, я подошла
чтобы накрыть ее пледом, прохладно было уже, подъехала машина, а там: твоя Ленка
с каким-то мужиком в машине целовалась. Машина как раз под фонарем стояла. Все
видно было как на ладони. Она успела, мне и сказать только что: -Смотри Жень, я
же говорю, не пара она ему, и, стала задыхаться.
Я переложила ее на кровать и в скорую позвонила. До их приезда укол сделала.

Открылась дверь и зашла Ленка.
-Здрасьте. Серега, ты что не мог позвонить,- улыбнувшись, спросила Ленка.
Встаю со стула, пощечина. Она падает. Хочу добавить, но Евгения Николаевна
останавливает.
-Вон из моего дома. Вон, вон, бл&дь, я сказал. У тебя час, слышишь, ровно час,
чтобы отсюда убраться.
Соседка схватила меня за руки: -Тише, успокойся, не буди маму.

-Мам, я опять обкакался,- из своей кроватки улыбался я.
Она беспрекословно брала и меняла мои пеленки, посыпала присыпкой, ласково
говоря:
-Ах ты мой маленький засранец.
Сейчас проще. Сейчас даже памперсы для взрослых есть.
-Вот так. Вот мы и переодели тебя. Ну что ты плачешь? Не плачь, не надо.
После этого приступа она уже не могла говорить. Лишь какие-то шипяще-гортанные
звуки.
-Мам, ну поешь немного,- подносил к ее рту я ложку. Нет мам, не отворачивай
голову. Тебе надо сил набираться чтобы поправиться.
Ей было стыдно, когда я менял ей памперсы, постель. Из-за этого она отказывалась
от воды, от еды.
-Мам, ну ты что в самом деле? Хоть ложку каши съешь.
-Кхшш, кхшш.
-Мам, а сколько ты за мной убирала, кормила с ложки, когда я болел. Что ты мне
говорила:
-Ложечку кашки съешь и поправишься.
-Ну вот мам, молодец. Давай еще немного.
-Кхшш, кхшш.
Я смотрю на нее, заглядываю в ее глаза, пытаясь угадать, что она хочет.
Днем она все больше спит. Соседка не отходя дежурит около нее, несет свой
дневной пост. Прихожу с работы, принимаю вечернюю вахту. Мне уже везде слышатся
эти звуки - кхшш, кхшш. Быстро бегу домой. Заходят пацаны. Зовут пивка попить.
Вежливо отказываюсь. Отсыпают травы. Иду на балкон. Забиваю, курю, чтобы хоть
как-то отвлечься. Захожу в комнату. Все по новой. Кхшш, кхшш. Сейчас мам,
сейчас. Переодеваю, кормлю.
-Да мам, сейчас телевизор посмотрим. Подкладываю ей еще одну подушку. Уже ее по
звукам понимаю. Да мама, сейчас переключу. Какой-то сериал. Она их любит.

Заметная улыбка на ее лице. Она смотрит на эти картинки, а я на нее.
Боже, как ее болезнь изменила. Еще три месяца назад эта сорокадвухлетняя женщина
вся дышала красотой. Румяное лицо, фигура. Я даже завидовал, своему директору,
который пытался за ней ухаживать. Она была поистине красивой женщиной. Она так и
не пересекла ни с кем свою судьбу после смерти отца.
Сейчас же одеяло скрывало тело скукоженной, морщинистой старухи. Кладу к ней на
грудь свою голову, укрываясь ее рукой. Засыпаю. Снится детство.

-Ааа, мама больно,- орал я на весь двор.
-Что случилось, обнимая меня,- спросила мама.
-Я с дерева упал, показывая свои руки, которые были все в занозах,- плакал я.
Она меня уложила на кровать, смазала йодом ссадины. Я помню только ее руки,
которые могли незаметно вынуть все занозы, погладив, убрать боль. Как же мне
сейчас хотелось вытащить занозу из ее сердца.

Проснулся от шума телевизора. Осторожно встал, чтобы не тревожить маму. Иду на
кухню, выпить стакан воды. Возвращаюсь, накрываю ее, наклоняюсь поцеловать.
Холодный ветер, распахивая окно, врывается в комнату. Холодное лицо, с застывшей
улыбкой.

Ночной ветер треплет волосы, дает забыться, успокоиться. Надышаться можно только
ветром. Два дня на даче. С детства не переношу процедуры подготовки к
похоронам.

Отпетые священником псалмы, плач женщин за моей спиной, горсть земли в руках.
Последний путь.
-Серега ты идешь,- окликнул меня Ромка.
-Нет, вы идите, я побуду еще.

-Мамка твоя?- вывел меня из раздумий чей-то голос. Это были могильщики.
-Да.
Они присели рядом. Я разлил по стаканам оставшуюся водку.
-Меня Кузьмичом все кличут, а это дружище мой - Колян.
Помянули.
-А моя мамка вот, рядом покоится,- показывая рукой на соседнюю могилу,
проговорил Кузьмич.
-А твоя?- обратился я к Коляну.
-Я ее не знаю. Я из детдома.
Помолчали. Колян сбегал еще за бутылкой водки.
-Давайте,- сказал я, наполняя стаканы, за всех живых матерей-здоровья им, и, за
всех ушедших - пусть земля им будет пухом.

Я поднял к небу влажные глаза:
-Посмотри мама на этих славных детишек. Как ты и хотела: мальчик и девочка.
На мою жену, на этот залитый солнцем двор. Прислушайся. Ты слышишь? Шум волн,
крики чаек. Это была твоя мечта, иметь домик на берегу моря, видеть меня
счастливым. Посмотри же - я счастлив, только мне не хватает тебя.
Легкий ветерок качнул кресло-качалку. На секунду мне показалось, будто она
сидела в нем и смотрела на все это такими же счастливыми глазами, как и я.

Солнце озарило землю. . Эх: Земляне.

Почему то вспомнились слова из книги Г. Г Маркеса Человек не связан с землей,
если в ней не лежит его покойник ".
Сто лет одиночества прошли. Я возвращался на свою родную землю. О которой я
никогда не забывал и не забуду. На землю, где покоится прах матери.

Издалека заметил, покрашенную ограду, ухоженную могилу, свежие цветы на ней.

-Не обманул Кузьмич. Присматривает,- каким-то теплым чувством разлилось по
телу.
Открыл калитку, зашел, присел на скамейку: -Здравствуй, Мама. Я дома.

ЗЫ. Человек! Подойди к двери. Позвони или постучи. Откроет женщина. Одна
единственная, любящая тебя бескорыстно, без обмана. Это твоя Мать, понимаешь,
твоя, единственная. Просто обними и скажи:
- Здраствуй мама. Я дома.
(с)не мое

Последние новости